— Что тебе человеческие жизни — пыль… Главное же ведь соблюдение законов. Ты же блюститель. Изувер… Гореть тебе в аду.

— Возьмите права, доброго пути. Больше не нарушайте, — сказал, проникнувшись ситуацией, старший сержант Воробьев, отдал честь и ретировался к служебному автомобилю.

Водительская дверь захлопнулась, довольный таксист пристегнулся ремнем и нажал на газ до упора.

— А вы знатный лгун, Евгений Петрович. Ни стыда, ни совести. Насколько я помню, у вас ведь нет детей. Да и жена ушла.

— Володя, это общеизвестный факт — в мире врут все без исключения. Жить в обществе и всегда говорить правду — невозможно даже теоретически. Люди обманывают время от времени. Или постоянно, когда ложь становится уже смыслом жизни. Осознанно или бессознательно, не задумываясь о последствиях. Лгут случайным знакомым, хорошим друзьям, начальникам, подчиненным, вторым половинкам, близким и дальним родственникам. Обман везде и всюду. Весь мир погряз во лжи, превратив нас в ее покорных и слабоумных рабов. Она рядом с нами, вокруг нас. А самое страшное, что еще и внутри нас. Ведь чаще всего мы врем себе… Но вопрос ведь не в том, врет человек или не врет. Важно лишь то, как он врет и для чего. То есть, по сути, всего лишь в качественной характеристике предложенной им неправды. В моем случае, ложь была оправдана и даже спасительна для нас обоих, а значит, я преследовал благие цели. Поэтому я склоняюсь все-таки к тому, что я не лжец. Я не врал, а всего лишь немного исказил правду.

— Благие цели, — цинично рассмеялся я, выслушав его затянувшуюся речь. — Ложь во благо, если говорить вашими словами. Давайте поподробнее… На мой взгляд, ничего, кроме как блага лично для вас, я не увидел.

— Может, плохо смотрел? Да, я сохранил права и сэкономил деньги, которые ты еще мне даже не заплатил. Действительно, это было нужно мне. Но, помимо этого, я, во-первых, спас тебя от опоздания на самолет. А во-вторых, подарил полицейскому чувство, что он не зря провел день. Ведь сегодня он спас от голода как минимум одну бедную семью и помог важному человеку. Это дорогого стоит… Он ведь теперь уверен в том, что ему это зачтется на том свете.

— То есть, вы прикрываете иллюзией добродетельности любые цели? Обман, подлость или гадость.

— Ну, ты не перебарщивай. Негодяя из меня не делай. Есть и у меня рамки дозволенного. Хочешь сказать, что ты никогда не врешь? Даже себе?

— Никогда, — обрубил я дальнейшие вопросы.

— Да ты, я смотрю, последний кристально честный человек на земле. Впору в Красную книгу заносить, — рассмеялся Евгений Петрович и через некоторое время продолжил: — Это уже болезнь. Земля не выдержит на себе такого ужасного монстра, как ты. Тебе надо срочно измениться. Без вранья жить нельзя.

— Я ведь живу, значит, можно.

— Вот это и странно, почему ты все еще жив с такими принципами, — закончил он разговор и замолчал.

Такси с шумом влетело на стоянку перед «терминалом В» в Кольцово и остановилось.

— Приехали, вылезай!

— Спасибо, Евгений Петрович! Должен буду.

— Просто заплати и мы в расчете. Куда хоть летишь?

— В Париж.

— О! Отличный выбор. Чарующий город. Раньше каждый год там бывал. Эх… Жизнь моя жестянка… Советую побывать на верхнем уровне Эйфелевой башни. Незабываемое зрелище — весь город как на ладони.

— Непременно! Вот, держите. Я еще немного добавил на любимый вами коньяк, как раз к сигаре, — откликнулся я, протягивая пачку купюр. — Устройте небольшой праздник!

Сумма была приличная, даже для меня. Приблизительно, как за такси до Владивостока с заездом в Москву. За магнитиком на холодильник. Достаточная для того чтобы безбедно существовать ближайший месяц. Не знаю почему, но я отдал ему всю свою наличность.

— Будет сделано, камарад! Оревуар.

Он швырнул деньги в бардачок, даже не пересчитав. Отдал честь традиционным прикладываем руки к виску, но на манер американских пехотинцев. Двумя пальцами и слегка выбросив затем руку вперед.

— До встречи! Все будет хорошо, не вещайте нос, — крикнул я напоследок и отправился к аэропорту.

— Ага, — прокричал он через окно, улыбнулся и пропел: — Не вешай нос, не вешай нос. Повесься сразу весь…

Проскочив через стеклянные двери, расползающиеся волшебным образом при виде моего поганого лика, я попадаю в здание аэропорта. Судя по цифрам на табло «вылетов и прилетов», расположенного над входом в зеленый таможенный коридор, времени до конца регистрации оставалось мало.

Придаю ускорение телу. На полном ходу качусь к стойкам регистрации, расталкивая на ходу неудачно остановившихся пассажиров. И чем ближе я к ним подхожу, тем больше растет обида. Все зря… Стойка уже пуста. Отчаянный удар ногой по стойке и незамедлительно тупая боль в ответ.

— Все зря, — проронил я и мешком скатился на пол, обхватывая голову руками и выдирая из нее лишние волосы.

— Ты что-то потерял? — послышался ласковый голос, приглушенный шумом толпы у соседней стойки.

— Ленуша… Привет! — удивленно и растерянно ответил я, поднимая взор от черных туфлей на высоких каблуках к лицу обладательницы голоса.