– Ну надо же!
– удивился я.
– А мне показалось, что я держался очень уверенно.

Она рассмеялась.

– Кстати, - добавил я, - прошу у вас прощения за эту пощечину.

– И вы, милый мой доктор, извините, что я едва вас не пришибла.

Мы улыбнулись друг другу, и выпили еще. Я почувствовал, как внутри разливается приятное тепло. Возможно, этому способствовала и Китти, прильнувшая ко мне, как котенок.

Несколько минут спустя она встала.

– До чего с вами приятно, - сказала она.
– Подождите капельку - я переоденусь.

Я плеснул себе ещё немножко бренди. Напиток оказался совершенно восхитительным. Наслаждаясь его мягким, обволакивающим вкусом, я тем не менее нашел в себе силы призадуматься над непростой ситуацией, в которой оказался. С профессиональной точки зрения мое поведение было в высшей степени неправильным. Тут я припомнил буклет по врачебной этике, который таскал в бумажнике, и, достав его, принялся внимательно изучать. Так, размеры табличек, визитные карточки, дележ гонораров, отношения с лицами духовного звания и тому подобное. И - ни единого слова про отношения с пациентками, про ту коварную проволоку, натянутую между профессионализмом и галантностью, на которой я сейчас балансировал.

Тут в окно ворвался свежий ветерок, а где-то неподалеку запела какая-то птаха. А какого черта?
– спросил себя я. Весна есть весна. Отложив брошюрку в сторону, я выпил ещё бренди.

Китти вернулась в одном прозрачном пеньюарчике, под которым, как я с замиранием сердца разглядел, была только сама моя соблазнительница, нежная и благоухающая.

– Как дела, мой цыпленочек?
– промурлыкала она.

– Б-бренди п-просто класс, - запинаясь, выговорил я.
– Н-налить ещё капельку?

– Да, моя рыбка.

Я наполнил наши рюмки.

– За тебя, мой милый доктор.

– За вас, о, принцесса среди пациенток.

Мы выпили на брудершафт и поцеловались. Китти вытянулась на софе и протянула ко мне руки.

– Иди же ко мне, мой птенчик!

Я облизнул внезапно пересохшие губы. Положение становилось критическим. Остаться наедине с такой прекрасной женщиной... Впрочем, какого дьявола? Мужчина я или кролик? Да и смел ли я её разочаровать...

Послышалось шуршание.

– Иди ко мне!

Я оглянулся - и обмер. Обнаженная, Китти выглядела даже прекраснее, чем я мог мечтать! Обнаженная? Ах, блин!..

Я вскочил как ошпаренный.

– Вызови такси!
– визгливо заорал я, не узнавая собственный голос. Скорее!

Господи, и как же я теперь объяснюсь с министром строительства?

Глава 11

Вбежав в приемную, я обнаружил на смотровой кушетке записку, на которой аккуратным почерком было начертано:

Дорогой доктор!

По-видимому, какие-то неотложные дела вынудили Вас срочно уехать. Я прекрасно понимаю сложности Вашей благородной профессии, и догадываюсь, что Вы задержались у одра больного, которому Ваша помощь неизмеримо важнее, чем мне. Как бы то ни было, отдыхая на Вашей кушетке, я почувствовал себя лучше, однако, поскольку сегодня днем мне необходимо уехать, я все-таки загляну на соседнюю улицу к остеопату, которого рекомендовал мне министр труда. Благодарю за проявленное внимание.

Искренне Ваш,

Джордж Бичем.

Что ж, по моей вине Пиф-Паф утратил ценного пациента, однако благородный политик сумел спасти мне не только честь, но и профессиональную карьеру. Я искренне пожелал ему стать премьер-министром, а в последующем старался прочитывать в газетах все его речи.

А вот перед доктором Поттер-Фиппсом я повинился только в день расставания.

– Неужели?
– спокойно произнес он.
– Бедняжка Китти! Представляю, каким ударом стало для неё ваше поспешное бегство. Придется мне навестить бедняжку и попытаться привести её в чувство.

– Это ещё не все, - скорбным тоном произнес я, потупившись.
– Никаких Гималаев на самом деле не существует.

Пиф-Паф изумленно вскинул брови.

– В том смысле, что моей ноги там никогда и близко не было, поправился я.
– Сперва я не хотел признаваться, но вы были так добры ко мне... Я уж не в состоянии был кривить душой перед вами.

К моему изумлению, Пиф-Паф расплылся в улыбке.

– Как я рад, мой мальчик!
– воскликнул он.
– Даже представить себе не можете. Там ведь сам черт себе ногу сломит! Даже приткнуться некуда кругом один лед со снегом. А какие у вас дальнейшие планы?

– Я хотел бы пока пожить в Лондоне и подготовиться к экзаменам. Благодаря вам, мне удалось поднакопить немного денег. А по уик-эндам я рассчитываю зарабатывать, подменяя других врачей на дежурствах. Между нами, - разоткровенничался я, - я ещё не оставил надежду стать хирургом.

– Что ж, удачи вам, мальчик мой, - снисходительно произнес Пиф-Паф, словно перед ним стоял школьник, который только что признался в своем горячем желании стать автомехаником.
– Меня тоже всегда привлекала хирургия. Есть в этой профессии нечто завораживающее. Дайте мне знать, вдруг я смогу быть вам чем-нибудь полезен. Вам, наверное, деньги нужны? Секретарша вам выдаст - сами знаете, я финансовые дела не обсуждаю.