Сюзанна задумалась. Она допила кофе в несколько глотков и поставила чашку на блюдце.

— Первый вариант технически проще выполнить, — ответила она. — Но, если ты хочешь разрешить парадокс именно так, что ж, пусть будет по-твоему. Я отправлю их по домам, а шестнадцатую оставлю. Но не раньше, чем ты устранишь своего отца.

— А если Аудроне не доживет до свадьбы? — спросил Киаран.

— Она борец, милый. Уверена, сил на сражение у нее хватит. Доктор Брос и Тартас ей помогут, — Сюзанна встала из-за стола. — Твой ответ на мое предложение, Киаран?

— Согласен, — произнес он.

— Тогда, — она запахнула пеньюар и поплыла к двери, — спокойной ночи, будущий адмирал Рурк.

Киаран остался в столовой один. Он прекрасно помнил, как Аудроне просила его защитить отца на свадьбе. Но у Сюзанны и «Сестринства» другие планы. Киаран конечно же не поверил обещаниям Сюзанны разрешить парадокс. Если отец погибнет, Киаран «Сестринству» вообще перестанет быть нужен. Точно так же, как и Альянсу, и Армии Освобождения, и «Заре».

Единственное, что очень хорошо понимал Киаран, так это то, что справится с этой ситуацией в одиночку у него не получится. И друзья по команде ему в этом не помощники. Нужен кто-то влиятельный, тот, кто принимает участие в этой гонке за власть. Тот, с кем Киаран сможет поговорить без свидетелей, и кто хотя бы выслушает его. Тот, с кем придется заключить сделку, чтобы спасти Аудроне.

Киаран вернулся в комнату Аудроне. Теперь это помещение изменилось до неузнаваемости. В гостиной по красивому ковру топтались врачи в комбинезонах ВКФА, доктор Брос настраивал медицинские приборы и отдавал приказы, что и куда поставить. Киаран вошел в спальню.

Аудроне лежала на кровати, подключенная датчиками к приборам, которые теперь заменяли тумбочки. А Тартас сидел рядом с ней на полу и создавал вибрации, которые ухом воспринимались, как красивая мелодия.

Киаран тихо подошел к нему и присел рядом. Он не собирался мешать лечению Аудроне, но и оставаться одному ему сейчас не хотелось.

Киаран закрыл глаза и, прислушиваясь в мелодичным звукам «песни» Тартаса, мысленно позвал отца. Тот на его зов не ответил. Возможности ментальной связи тоже ограничены. Для нее имеют значения расстояния. Возможно, отец сейчас находится на борту какого-нибудь корабля, совершающего прыжок в гиперпространстве. Или Орландо Уолша попросту больше нет в живых. Вариантов было очень много, но Киаран продолжал терпеливо звать его по имени в своем уме.

Перед глазами возникло воспоминание из раннего детства. Маленький Киаран учился налаживать ментальный канал связи. Отец сидел на ярком ковре в детской и держал Киарана за руки, пристально глядя ему в глаза.

— Просто скажи мысленно: «Папа, это я, Киаран», — и представь меня в своей голове.

— Но я говорю это! — хмурился маленький Киаран.

— Возможно, проблема в том, что ты боишься пустить меня в свою голову? Какой секрет ты хранишь и боишься, что я о нем узнаю?

Киаран выдернул руки и прижал их к лицу, опасаясь, что отец прознает про его ночные походы на пляж.

«Я не скажу маме, что ты бегаешь купаться по ночам», — голос отца в голове заставил маленького Киарана вздрогнуть.

— Откуда ты знаешь? — он раздвинул пальцы у глаз, чтобы сквозь щелочку подглядеть за отцом.

— Потому что всегда купаюсь вместе с тобой, — вслух ответил он и постучал себя пальцем по виску. — Вот здесь, в своей голове. И не позволю случиться с тобой плохому.

«Ты не сдержал слова» — подумал про себя Киаран.

«Потому что ты вырос и перестал пускать меня в свое сознание», — ответил голос Орландо.

«Причина не в этом», — Киаран мысленно понизил тон.

«Я никогда не пожелаю тебе стать заложником выбора, который пришлось сделать мне», — Орландо появился в комнате из воспоминания Киарана.

В черном облегающем костюме без опознавательных знаков он подошел к себе молодому и хотел присесть напротив маленького сына, но Киаран повел рукой, и образы из воспоминания тут же превратились в песчаные статуи, быстро осыпавшиеся на пол.

— Мне нужна помощь, — произнес Киаран, глядя на отца.

— Понял, наконец, как именно Альянс и Сюзанна Мэль собираются тебя использовать? — Орландо вопросительно изогнул бровь, совсем, как Киаран, когда не скрывал удивления.

— Я хочу спасти Аудроне, — ответил Киаран. — И если для этого придется спасти и тебя, я это сделаю.

— Самоуверенно и патетично, — Орландо похлопал в ладоши и тут же добавил: — И чудовищно эгоистично.

— Школа жизни воспитала, — Киаран сложил руки на груди. — Но не тебе меня судить.