— Да! — вставил слово Данила и тут же замолчал.

— Благодарю.

— Я хотела спросить… верней, попросить.

Она почему-то смутилась. Прошло совсем немного времени, три дня всего. Но эти дни вместили столько новых событий, людей и разговоров, сколько, кажется, не было за весь прошлый год. А Мар Шторм был частью не самых приятных воспоминаний. Он был частью того прошлого, в котором она перестала мечтать о магии. И это мешало разговаривать с ним, как прежде. Наверное, именно это.

— Эсмеральда, смелее!

В голосе мага мелькнуло что-то непривычное, но Янка не успела понять что. Просто — новый оттенок, интонация. Ирония?

— Ее зовут Яна, профессор — снова встрял с непрошенной дипломатией Даник.

— Я знаю.

— Я хотела бы повидать Куську. С ним все в порядке? Он… он жив?

После небольшой паузы профессор ответил:

— Он теперь у нас звезда всего биологического корпуса. Так что за его жизнь можешь не волноваться. Провожу.

— Прямо сейчас? — Обрадовалась Янка.

— Если твой кавалер не против…

Кавалер против не был. И даже наоборот.

Он тут же заинтересованно уточнил:

— А с вами можно?

Так что в виварий они отправились втроем, а у входа в лекционный зал встретили Алису. Которая, почему-то, тоже заинтересовалась виварием.

***

Профессор Адлав Бриз не обрадовался такому нашествию гостей, но из уважения к коллеге возражать не стал, только пробормотал что-то в духе «не надо волновать животное, оно еще не до конца адаптировалось… и позавтракало плохо!»

Вскоре выяснилось, что профессор слукавил. Животное вполне адаптировалось, а позавтракало оно в режиме: «я так хорошо поужинало, что как-то завтрак не лезет».

Кусь почуял знакомые запахи, но показался из небольшой пещерки среди камней далеко не сразу, сначала оценил, не опасны ли новые пришельцы, с почтительного расстояния.

Ну, или — кто разберет этих химер? — издалека попробовал оценить вкусовые и энергетические качества возможной добычи…

Янка зашла в вольер, поставила у ближайшего камня трость. Присела:

— Куська! Квазимодо, иди сюда!..

Она скорей догадалась, что следом в вольер зашел профессор Шторм. У него очень тихие шаги.

Профессор задумчиво сказал:

— Твой питомец несколько подрос и слегка обленился.

— Как кот, — согласилась она. — Повадки у него какие-то кошачьи. Осторожные.

— Да, было бы несколько проще, если бы он был просто котиком. Твои друзья, Эсмеральда, изнывают от любопытства. Даже интересно, что они скажут. Они ведь не знают?

— Нет, конечно! — улыбнулась Янка. Эх, жаль не удастся посмотреть на их физиономии, когда Кусь наконец решится явить себя зрителям.

Профессор тоже позвал:

— Иди сюда, Козья Морда. Никто тебя не обидит.

Мару плешан поверил.

Процокали по камню когти, появился, если только ей не показалось, легкий химический запах: Кусь пришел и застыл в паре шагов от них…

— О-ааа! — сказали сзади шепотом. — Оу!

Даник выразился еще более емко:

— Черт!.. Плешан!

Янка протянула вперед руку.

Нет, в жизни все может случиться, конечно, но в то, что Куська причинит ей какой-то вред, поверить было невозможно. И плешан не подвел. Он вдруг тихо и высоко фыркнул и за один прыжок оказался подле Янкиной руки. Постоял мгновение, а потом ткнулся бугристым лбом в протянутую руку: чеши!

— Ну, чистый кот, — восхитилась откуда-то из-за спины, из-за границы вольера Алиса. — Но страшненький какой!.. Это же ужас!

Впрочем, первый испуг в ее голосе уже стремительно превращался в умиление.

А Кусь наслаждался близостью своей стаи. Химера без стаи не выживает, и если уж удается найти свою, то и нужно за нее держаться всеми когтями. Не дать ей погибнуть или рассыпаться.

Да, стая маленькая, но уж какая есть! Кусь ведь сам ее нашел, выбрал, сам начал ее «строить»…

Вот и сейчас. Безусловно получая удовольствие от общения со своими, он одновременно все больше настраивал тоненькие, видимые только химерам нити-связи между собой и между этими двумя. И он уже многого добился. А иначе никак! Иначе стая растеряется, не сможет действовать сообща.

Уж кто-кто, а Кусь хорошо успел усвоить — одному в пустошах не выжить…

Первым опомнился Данила.

— А можно я тоже подойду?

Янка прислушалась к себе и к плешану, но подсказки не нашла и сказала: