Чёрт побери, как полагается разговаривать с императорами?!

— Спасибо, — наконец, пискнула я, дёрнув рукой, чтобы высвободить локоть из железной хватки Эдигора, но он, кажется, этой попытки даже не заметил.

Ещё бы, слоны тоже не замечают комариных укусов.

— Как ваше имя, леди? — спросил император, улыбаясь по-прежнему понимающе-ласково, но при этом ни капли не снисходительно.

— Линн.

Несколько секунд Эдигор просто смотрел на меня, а потом повторил:

— Линн… Вы позволите называть вас просто по имени, леди?

И тут меня прорвало:

— Какая же я леди, ваше величество! Даже если взять мою причёску… Разве у настоящих леди бывают такие волосы? Называйте меня просто по имени, конечно.

Император негромко рассмеялся, и я вздрогнула.

Он смеялся почти как Игорь. У моего мужа тоже был такой смех — тихий, деликатный, даже робкий. Правда, сейчас этот смех произвёл на меня совершенно иное впечатление. Робости в нём точно не имелось, зато имелось такое внутреннее достоинство, что я немедленно поняла…

Господи… Даже если император вспомнит свою любовь, то бишь, меня, неужели он вновь меня полюбит? Ведь Эдигор — совершенно другой человек, это уже не мой простой, добрый, но такой незатейливый муж. И рядом с императором я смотрелась, как… ну, как взъерошенный воробей рядом с павлином.

— Вы думаете, у леди обязательно должна быть строгая причёска, да, Линн? Ну а если леди лазает по деревьям и катается на каруселях — это уже не леди? — Глаза Эдигора смеялись, и я тоже не смогла удержаться от улыбки.

— Ну конечно, ваше величество. Вы тоже наверняка не можете позволить себе ходить с вороньим гнездом на голове.

Тут император поднял руку и совершенно нахально запустил пальцы в мои вечно растрёпанные волосы. Я замерла.

Столько властности было в этом жесте…

— Позволить-то я могу, — мягко сказал Эдигор, при этом почему-то глядя на мои губы. — Только вот кто же будет уважать такого императора?

Я безумно испугалась — мне показалось, что его лицо постепенно приближается, а глаза… в глаза я словно проваливалась, как случалось и раньше, в другой жизни.

И, собравшись, я сделала шаг назад.

К моему удивлению, мне легко удалось отойти в сторону. Император опустил руку и грустно улыбнулся.

— Я пугаю вас, Линн?

Я уже открыла рот, чтобы ответить… Но сам ответ придумать так и не смогла.

Пугает ли меня Эдигор? Нет, пожалуй, что нет. Тогда почему я так странно реагирую?

— Ваше величество… — наконец, выдавила из себя я. — Я знаю, что среди ваших подданных есть эльф по имени Гром. Вы не могли бы сказать, где я могу найти его?

На секунду мне показалось, что в глазах императора мелькнуло изумление. Но потом он, словно опомнившись, кивнул.

— Да, конечно. Пойдёмте, я провожу вас.

И Эдигор протянул мне руку, которую пришлось принять, несмотря на то, что я отчаянно не хотела этого делать.

.

Мы шли по широким каменным лестницам из белого мрамора наверх, всё выше и выше. Молча. И я, вместо того, чтобы рассматривать окружающую обстановку, которая была поистине восхитительной, думала о собственных ощущениях от того, что я иду под ручку с императором выдуманного мной мира.

Только вот сам император выдуманным отнюдь не был.

Рядом с ним мне было уютно, как и прежде. Стоило закрыть глаза, и мне казалось, что нет никакого другого мира, никакого императора, а есть только мы с Игорем.

Примерно на уровне шестого этажа мой спутник свернул в широкий, просторный коридор. Свет из трёх окон на левой стене позволял рассмотреть всё до мельчайших деталей — бронзовые подсвечники на стенах, три такие же люстры на потолке, салатовые с позолотой тканевые обои, под ногами — ворс мягкого зелёного ковра без всякого рисунка, по правой стене — две двери. Одна близко к лестнице, другая в конце коридора.

— Ваше величество, — я вдруг вспомнила одну вещь, — а где мои спутники? Принцесса Эмиландил, Браш, орк Грым…

Да уж, признаю — я дура, что забыла об этом. Но в присутствии императора я совершенно терялась во времени и пространстве.

Эдигор улыбнулся уголками губ.

— Я распорядился подготовить комнаты для всех вас. Я хотел бы, чтобы вы остались во дворце по крайней мере до завтрашнего вечера. Завтра здесь состоится бал.

— Ах, да. Ваш день рождения… — буркнула я и тут же смутилась — собственный голос показался мне жутко недовольным. Но вместо того, чтобы рассердиться, Эдигор показал на ближайшую к нам дверь: