— Нет, Игорек звонил мне час назад. Сказал, что все тихо, и просил заменить его. Боюсь, что после похорон вообще придется снять с Иконцевой охрану. У меня с кадрами проблема. Прямых угроз не было, а картинка в почтовом ящике — это как-то несерьезно…

— Не скажи! Если бы только картинка, а то еще перчатка. Ладно, Володя, пошли помокнем под дождиком!

— Кстати, о перчатках. Они принадлежат Сологубову и лежали на даче в шкафу. Он их опознал. И вообще он кого-то боится, но нам ничего не говорит.

— Вы его отпустили?

— Нет. Он и сам просил, чтобы мы его закрыли, но мы и не собирались его пока отпускать… Говорят, что в дождь хоронят хороших людей. Сама природа по ним плачет, — глубокомысленно изрек Кирьянов, накинул капюшон и вышел из машины.

Гроб с телом покойного вынесли из катафалка для прощания. Люди подошли ближе, образовав плотное кольцо. Слышались рыдания: без страсти, тихие и безнадежные.

Прощание у дома длилось недолго, минут десять, и прошло без эксцессов. Галина Максимовна и Дарья Олеговна стояли рядом и не только не подрались, но и даже не сказали друг другу грубого слова, что, собственно, неудивительно. Похороны — не время для выяснения отношений. Только у меня было такое ощущение, что какой-то гром вот-вот грянет. Смутное предчувствие недоброго заставило меня поехать за похоронной процессией на кладбище. Кирьянов составил мне компанию.

— Таня, а ты не знаешь, кто в том «Форде» едет? — спросил он меня минут через десять.

— Знаю, это мой охранник, — ответила я.

Володька здорово удивился, но приставать с дальнейшими расспросами не стал, а я не горела желанием рассказывать ему о вчерашней встрече с Силиным-Крестоносцевым. Это была моя личная проблема, и решить ее я должна была сама.

Мы въехали на территорию Елшанского кладбища. Участок, на котором должны были похоронить Андрея, находился недалеко от часовни. Автобусы остановились, я стала искать место для парковки, чтобы не мешать проезду и чтобы самой было потом удобно развернуться. Дождь усилился. Выходить из машины, тем более там, где нет асфальта, не хотелось, но в этом была суровая необходимость.

— Таня, Таня, смотри, там что-то происходит, — сказал мне Кирьянов в тот момент, когда я заглушила мотор.

Он пулей вылетел из машины и побежал к толпе. Я догнала его через несколько секунд. На памятнике, находившемся рядом с разрытой могилой, была надета белая накидка с поплывшим от дождя черным крестом. Игорь держал на руках бесчувственную Галину Максимовну. Наверное, она упала в обморок, узрев накидку. Кто-то держал над Иконцевой зонт, а кто-то дал ей понюхать нашатырь. Наконец Галина Максимовна пришла в себя. Она встала на ноги, крепко вцепилась руками в своего телохранителя и с ненавистью взглянула на Дашу. Вдова от этого взгляда самообладания не потеряла. Кстати, выглядела она совсем неплохо. Не скажешь, что вчера пила весь день.

— Прощайтесь, — сказал агент похоронной службы.

— Ну вот, а ты говоришь, картинка в почтовом ящике, — шепнула я Кире. — Еще пару таких картинок, и тетенька дуба даст. Заметь, Сологубов не мог здесь похулиганить, он ведь в следственном изоляторе…

— Не думаешь ли ты, что это сноха все устроила?

— Не уверена.

— А мне кажется, что она. Ну кто еще мог знать, что будут хоронить в одной могиле с отцом? — спросил Володька, заставив меня вздрогнуть.

— Я знала.

— Ты не в счет, — отмахнулся Киря.

— Да, конечно, я никому не… говорила, — сказала я, хотя сразу же вспомнила о том, что вчера проболталась об этом немаловажном факте Ленке.

Разве не подозрительно, что подружка вдруг заинтересовалась местом захоронения совершенно незнакомого ей человека. Таня, ну что за глупости лезут в твою голову? При чем здесь Ленуся? Она потеряла голову от любви и не ведает что творит. Она-то не ведает… а вот ее Семенов-Тян-Шанский… Да нет, все это чушь! Ленка и ее географ просто нашли труп в лесу, поэтому вполне естественно, что моя подруга проявляет интерес ко всему, что с этим связано…

Я уговорила себя забыть про влюбленных учителей и стала присматриваться к лицам тех, кто кидал в могилу горстки мокрой земли. Никто не вызвал у меня подозрения, никто. Все вполне натурально скорбели об Андрее, безвременно ушедшем в мир иной. И его вдова не была исключением. Я не разделяла взглядов своей клиентки, подозревать Дашу в убийстве мужа у меня не было никаких оснований.

— Володя, я поеду домой. Мне не терпится скорее изучить информацию с диска. Тебя подвезти до города?

— Нет, я вызвал «дежурку», надо произвести здесь следственные действия, побеседовать с могильщиками. Может, они кого видели… Охрану с Иконцевой снимать не будем. Ты сразу звони, если до чего-нибудь докопаешься.

Я первой уехала с кладбища. «Форд», который не заезжал за пределы ограды, ожидал меня у дороги. Этот «хвост» не на шутку разозлил меня бессмысленностью своего присутствия, и я дала себе слово сбросить его при первом же удобном моменте. В побеге не было большого резона, но, обуреваемая спортивным азартом, я стала набирать скорость и перестраиваться из ряда в ряд, лавируя туда-сюда в плотном автопотоке. «Форд» не отставал от меня, но потом его тормознул гаишник. Я возликовала, увидев эту картинку в зеркале заднего вида, и свернула с главной дороги в сторону, противоположную от дома. Правда, через квартал снова взяла прежний курс, а охранник «Крестоносцев» наверняка решил, что у меня более интересный маршрут, и ломал голову, где меня искать после общения с гаишником.