Во взгляде лира читалось нетерпение и даже жадность, от чего стало совсем не по себе.

— Еще один момент. Лиа Валерия здесь не моральной поддержки ради. Она первоклассный менталист и эмпант. Солгать или утаить правду не выйдет, — довольно произнес лир, наблюдая за моим удивлением.

Что ж, вот все и встало на места. Лиа не могла так просто появиться на отборе. Идеальная роль. В близи к невестам прекрасно их считывала, улавливая малейшие эмоции и помыслы. Вспомнились слова отца. У императора есть свои тайные маги. Менталист все это время была рядом.

— Так как эту особенность лиа использует неофициально, то и вы о ней никому не расскажете. Если, конечно, будет кому, — добавил лир, уже откровенно издеваясь.

— Анвар, ты забываешься, — прервал его хмурый император. Его заступничество давало надежду, что обойдусь малой кровью.

— Перейдем к делу. Вам известно, на кого работал ваш стилист?

— Нет, — ответила, не задумываясь. Я могла догадываться, но не знала, кто за этим стоит. Хотя очень бы хотелось.

— Вы отдавали приказ служанке отравить Аделаиду? — новый вопрос, как выстрел. Пока что мимо.

— Конечно нет! — вот это уже и вовсе возмутительно. Я готова отдать ей любимого, но об этом я уже промолчала.

— Вы планировали дойти до финала отбора? — какой нехороший вопрос… Да я и до середины не собиралась доходить.

— Я не верила, что смогу, — попыталась ответить осторожно.

— Но вы бы хотели? — лир Кондерс не собирался позволять увиливать. И что я могла сказать?

— Нет, — ответила, начиная ненавидеть этого мага, но тут вмешала лиа Валерия.

— Не совсем так, — заметила она. Теперь на нее посмотрели все. И больше удивлена, пожалуй, я. — Подумайте, Дилия. Честно, — в ее глазах я читала сожаление. Она и сама не рада, что учувствует в этом, но выбора ей не предоставили. Значит, не предоставят и мне, если правда откроется. Решение покинуть отбор — самое правильное для меня.

Разве я хочу дойти до финала? Я хочу домой, к Эдгару и родителям. Согласна ради этого оставить отбор, Демида и все то, что сейчас должно умереть между нами. Я не хотела причинять боль. Как не хотела отдавать его Аделаиде, пусть она и больше подходит на роль императрицы. Но вариантов иных нет.

— Я была бы рада оказаться в финале. Но не могу, — ответила я. В этот раз лиа Валерия промолчала.

— Почему? У вас хорошие шансы, — я старалась не смотреть на лира Кондерса, как и на Демида. Упорно изучала взглядом паркет.

— Мне нужно покинуть отбор и вернуться домой, — я вздохнула, понимая, что сейчас начнется самая сложная часть лавирования над пропастью.

— Зачем вам домой? — лир Кондерс безжалостен. Он твердо решил выяснить все до конца.

— Вы знаете, что мой брат болен. Вчера ему стало хуже. Я должна попытаться помочь. От меня он лучше всего принимает жизненную силу.

— А почему он ее теряет? Вы ведь знаете причину, — проницательности этого мага можно лишь позавидовать. Вот только ответить на этот вопрос я не могу.

— Знаю. Но это касается только нашей семьи, так что я не стану отвечать, — произнесла как можно тверже. Лир недовольно прищурился и собирался настоять, но ему не позволили.

— Это не таит никакой угрозы для империи или ее подданных? — вмешался император.

— Только для самого Эдгара. Есть шансы, что после этого обострения все закончится. Ему просто нужно помочь его перенести, — я хотела верить, что мой братик больше не будет страдать.

— Тогда почему ты собиралась именно покинуть отбор, а не уехать на пару дней? — спросил Демид. Я понимала, что ему важен мой ответ.

Сказать правду я не смогу. Ты не должен ее знать. Но и солгать не могу! Я не хочу делать тебе больно…

— Я поняла, что я не твоя пара. Аделаида станет лучшей императрицей, — я все же отвернулась. Не хотела, не могла видеть, как он дрогнул, словно от удара и поднялся на ноги, отошел к окну, оказавшись за моей спиной.

Сейчас я думала лишь о том, что скажет лиа Валерия. Я видела, как она нахмурилась, уловив мои истинные чувства и… промолчала. Она едва заметно кивнула мне, и не сказала ничего, позволяя мне этот ответ.

— Надо же, какая сознательность. Тогда еще пара вопросов, и можно заканчивать, — лир Анвар подался чуть вперед, уперев локти в колени и сцепив руки в замок.

— На отбор вы прибыли лишь для того, чтобы найти информацию и помочь брату? — вот рано я понадеялась, что все обошлось. Самое гадкое лир приберег на конец.

— Да, это так, — сейчас моя ненависть готова стать материальной. Я спиной ощутила напряженный взгляд Демида и боль. Нашу боль на двоих.

— Почему вы не обратились к придворному целителю?