Юрий покосился на Стефана.

— Это верно.

— Мне уйти? — спросил Стефан.

— Вопрос может быть весьма болезненным.

— Служащий Марсан в полной мере пользуется нашим доверием, — произнес Хаи-3.

— Пусть будет так. Я разыскиваю пропавшего человека, который мог оказаться жертвой нелегальной пересадки мозга. И мне нужно знать, допускает ли теория подобные вещи. Необходимым условием такой пересадки должны быть К-клетки, применяемые для соединения нервной системы. Возможно ли использовать их таким образом?

По обвисшей коже Хаи-3 слева направо прошла рябь.

— Это чрезвычайно прискорбно, — ответило существо. — До нас доходили слухи, что нашими К-клетками злоупотребляют подобным образом.

— У нас тоже только слухи и конспирология. Потому я и пришел. Мне нужно знать, насколько это реально.

— У вас есть какие–то доказательства вашему обвинению? — резко спросил Стефан.

— Никто не предъявляет обвинений, — поспешно возразил Юрий. — Как и подозрений в незаконной деятельности. Пока что мне надо найти одного человечка — и поскорее. Я должен исключить как можно больше версий, чтобы не тратить времени зря. И все.

— Как только до нас дошли утверждения о таком злоупотреблении, наши мастера роста исследовали процесс, — сказал Хаи-3. — Чисто теоретически. Мы хотели знать, возможно ли такое в действительности.

— Естественно. И что?

— Не имея опытного образца, мы не можем дать определенного ответа.

— Мне сойдет и обоснованное предположение.

— Наши модели указывают, что в принципе было бы реально пересадить человеческий мог из тела в тело при соответствующих условиях.

— Каковы эти условия?

— Тело хозяина и донора должны обладать биохимическим сходством, намного превосходящим обычное соответствие групп крови. Идеальным выбором был бы представитель той же человеческой семьи.

Юрий не сумел сдержать легкой дрожи. Но подавил в себе слова благодарности к Деве Марии, что у него нет детей. Юрий больше века не заходил в церковь, но благодаря матери все его детство было пронизано влиянием русского православия.

— Понимаю. А если члена семьи не достать?

— Все равно возможно, но выбирать придется из малого числа кандидатов. Чтобы найти подходящего, потребуется немалая удача.

— Я знаю, кому это по силам, — пробормотал Юрий. — Хорошо. Итак, я провел поиск и получил подходящее донорское тело. Что мне еще от вас понадобится?

— Подобная операция потребует намного большего, нежели К-клетки, настроенные на проведение нервных импульсов между нейронными пучками человека.

— Так что еще понадобится?

— Восстановление человеческих нервных клеток ныне происходит сравнительно успешно, хотя и стоит дорого. Использование стволовых клеток для регенерации поврежденных нервов успешно почти в восьмидесяти процентов случаев. Однако воссоединение рассеченных нервов — исключительно сложный процесс. А для пересадки мозга пришлось бы рассечь все нервы позвоночного столба. И перед этим понадобится сканер микронного уровня с достаточной точностью, чтобы распознать и проверить отдельные нервные пути. Его придется применить сначала на спинном мозге человека, чей головной мозг намечен к пересадке, затем на жертве, чтобы знать, как их сопоставить.

— Да уж… — Юрий прикрыл глаза, пытаясь мысленно вообразить задачу. — Понял. Вам нужно верно соединить разные пути, иначе, думая согнуть ногу, вы станете сгибать руку.

— Аналогия грубая, но, по сути, верная, — сказал Хаи-3. — Однако это необходимо не только для нервов, отвечающих за мышечные движения. Нужно будет успешно воссоединить всю телесную сенсорику, или тело будет бесчувственным и не сможет контролировать мускулы, которым отдана команда. Кажется, наши партнеры из числа людей называют такое «синдромом зомби».

— На слух похоже, — согласился Юрий.

— Мне не известно о создании сканера такой точности, — продолжал Хаи-3. — Далее, кроме гипотетического сканера потребуется нанохирургическое оборудование — для физического соединения рассеченных нервов по обе стороны связки из К-клеток. Мы исследовали этот процесс совместно с партнерами–людьми.

— Вы ставили опыты на людях?

Юрий постарался не заметить вздоха Стефана, показывавшего, что его терпение на исходе.

— Ни в коем случае, — возразил Хаи-3. — Мы вступили в партнерство с несколькими биогенетическими фирмами людей с целью торговли и развития: они сообщают нам о своих потребностях, а мы стараемся соответственно профилировать наши К-клетки. Делались попытки использовать нервное волокно из К-клеток для замещения недостающих отрезков нервов у свиней. Часть попыток оказалась успешной. Часть — нет. Прогресс идет медленно, но идет. Хочу вас предупредить: исследователям компании удавалось восстановить не более одиннадцати нервов в пучке. В верхней части спинного мозга человека несколько миллионов нервов, так что задача на порядки величины превосходит уже решенную. Если удастся создать сканер и хирургические инструменты, вся операция может контролироваться Ген 7 Тьюрингом. Учитывая количество нервов, объект, возможно, придется ввести в кому, а операция продлится несколько месяцев. Не могу сказать, сколько человеческих денег будет задействовано в таком предприятии.

— Верно, — сказал Юрий. — Итак, по сути, вы мне объяснили, что пересадки мозга не проводятся?

— В настоящее время — нет, но они могут стать возможными в будущем. Еще одна переменная в этом уравнении — сами К-клетки. Как я уже сказал, для такой операции потребуется несколько миллионов отдельных волокон. За последние семь лет мы предоставили нашим ученым партнерам всего две с половиной тысячи.

Уверенность Хаи-3 почему–то разочаровала Юрия. И в то же время заставила задуматься, что же могло случиться с Горацио.