– Мы обещали награду, - говорит Паучиха.
– Мы обещали — мы дадим. Но сверх того ты можешь попросить что-то сама. Что-то, что тебе нужно.

Я закрываю глаза и думаю. Что мне нужно? Вагон удачи? Чемодан золота? Библиотеку с тайными знаниями? Всё это неплохо было бы получить. Но есть кое-что, что гораздо нужнее любых суперпризов.

– Есть три вещи, - говорю я.
– Три вещи, которые я хотела бы исправить. Я не знаю, могу ли я просить о столь многом...

– Ты можешь просить, - перебивает меня Та-Что-Танцует.
– А мы можем отказать, если нам не понравятся твои просьбы. Говори.

– Первая вещь. Я бы хотела убрать вот это, - говорю я, показывая ладонями на свои предплечья, на красную ленту на правой руке и бесцветную на левой.

– Хочешь развод, девочка?
– улыбается Паучиха.

– Целых два, - улыбаюсь в ответ я.

– Ну ладно, одного ты не любишь, но почему два?

Я сама чувствую, как перекашивается моя улыбка.

– Потому что... потому что заключая этот брак, я не понимала, что делаю. И Джанна тоже не понимала. Это не было осознанным решением, это вообще не было решением.

Они просто смотрят на меня, ничего не говорят, но в голове сам собой появляется вопрос: да неужто все и всегда полностью осознают последствия, вступая в брак? Нет ведь. У людей бывают для этого разные причины, и брак вовсе не становится недействительным от того, что они не понимали, что творят. Неужели и у меня не получится? Наконец Паучиха спрашивает:

– Ты ведь обещала отвечать за неё перед небом и людьми?

– Да.

– Разве ты не готова отвечать за эти слова? И разве ты не держала слово?

– Ну... какое-то время держала. Но ещё я говорила, что готова отдать ей сердце и взять её.

– И что?

– И это не я была готова. Это было приворотное зелье. И она не сама отдала мне своё, не по доброй воле.

Я наконец проговариваю это вслух. Объясняю себе и всему миру, почему не может быть никакого брака, никакой мистической связи между мной и Джанной. Мы не любили друг друга на самом деле. Разве это не важно?

– Это не важно, - мягко говорит Та-Что-Танцует.
– Многие браки заключались вовсе без любви. Но, конечно, с тех событий, что происходят здесь, перед нашим взглядом, особый спрос. Только вот посмотри на свою правую руку, девочка. Какого цвета лента на твоей руке?

– Красная, - вздыхаю я. Всё ещё красная.

– Ты знаешь, что это значит?

– Знаю, мне сказали сегодня. Это значит, что я ее люблю. И это вторая вещь, о которой я хотела бы попросить.

– О любви?
– изумляется Паучиха.

– Нет, - я собираюсь с духом, чтобы наконец сказать то, что снова сломает мне всю жизнь. Но по-другому всё-таки нельзя. Кто-то должен всё исправить.
– Я прошу вас избавить нас обеих — меня и Джанну — от действия приворотного зелья. Я не хочу, чтобы мы были вынуждены друг друга любить. Я хочу выбрать сама. И чтобы она выбрала сама.

Некоторое время богини молчат. Потом Та-Что-Танцует совершенно по-человечески закатывает глаза и говорит:

– Ладно, кто-то всё-таки должен ей сказать. Ты помнишь, девочка, в каком состоянии была твоя супруга, когда подлила тебе зелье?

Слова «твоя супруга» бьют по мозгам и ушам не хуже оглушающего, но я пытаюсь всё-таки сосредоточиться на вопросе.

– Да. Помню. Ей было очень плохо, она не спала и мало что соображала.

– Люди в таком состоянии часто... делают ошибки, не так ли?
– я киваю. Да. Делают. И я хочу исправить эту ошибку.
– Скажи Джанне когда-нибудь потом, будет ей работы на долгие годы вперед. То зелье, которое она сварила, перестало действовать уже через неделю. Вы еще не оказались на этом берегу, когда его действие закончилось. Всё, что вы делали дальше, вы делали сами. Не получится отказаться от ответственности, девочка. Это не зелье, это ты.

– Перестало действовать? Но разве так бывает?

– Обычно нет. Но твоя супруга такое наварила... обязательно скажи ей об этом. Если она сможет это повторить, это будет очень полезно. Не кривись, не для приворотов полезно. Это много где можно будет применить.

– Значит, вы не расторгнете наш брак?
– уточняю я, хотя уже и так поняла, что нет.

– Нет, - отрезает Паучиха.
– Всё в нём было правильно, и отлично ты всё понимала. А что наврала себе с три короба, проснувшись, так с людьми это бывает.

– Но... вы же не одобряете такие браки, разве нет? Мы ведь все знаем, что в восточных культах...

– Ты же догадываешься, девочка, что не всё, что говорят служители от лица богов, и правда воля богов?
– мягко спрашивает Паучиха.
– Они не понимают даже смысла создаваемой связи, вот и трактуют как умеют. Но мы не обязаны следовать правилам, которые люди выдумывают для людей. Ты и сама могла бы понять: если бы ваша связь была невозможна, её бы и не случилось. Но она есть.

– Впрочем, мы не будем мешать тебе, если ты захочешь уничтожить эту связь, - говорит Та-Что-Танцует.
– Здесь и сейчас это возможно. Ты можешь сжечь и одну ленту, и вторую. Правда, мы не обещаем, что они действительно сгорят. Это к слову о твоей первой просьбе. Мы не будем помогать тебе расторгнуть связи. Ты можешь сделать это сама. Давай.