— А мы не скажем маме. К тому же, под моим присмотром можно!

— А, правда? Тогда побежали! — смеется мальчик.

Пока могу, я должна насладиться этими мгновениями с семьей. Мой маленький брат, я буду скучать…

Ох, да мы вроде не на вечно в другую вселенную уезжаем!

Кто знает…Погоди… Что вообще…

Из сна меня выкинуло рывком. Открыв глаза, я услышала шумное дыхание сбоку. Повернула голову и наткнулась на взгляд встрепанной Лии. Арта рядом ворочалась, но не просыпалась. Мы смотрели друг на друга, когда я почувствовала будто копошение в голове.

Ты…Ты слышишь меня?

Воздух пещеры словно задрожал и уплотнился. Эта плотная субстанция через нос, через дыхание проникала в голову, мутя мысли. Мне пришлось приложить усилие, но все же удалось пробиться сквозь марево.

Да, я тебя слышу.

Слышишь!?

И я снова открываю глаза. Все та же пещера, темно и сыро. Лия не сидит, а спит, как и все остальные, Арта тоже. Ничего необычного, только стены пещеры будто стали светлее. Я долго всматриваюсь в камни, когда замечаю, что они крошатся. Чем дольше я смотрю на стену напротив, тем светлее она становиться и тем более большие крошки отваливаются. Тихо встала, подошла и протянула руку, дотронувшись. Теплый, мягкий камень остался размазанным на пальцах, словно масло.

Треск за спиной. Оборачиваюсь. Арта стоит неподвижно, в упор глядит на меня, а за ее спиной ширится и вырастает тень. Шумит в ушах.

— Что ты сделала? Что ты сделала?! — девочка кричит и с каждым словом голос становиться все ниже, пока не опускается до неразборчивого рычания. Мне сложно шевелится, но я разлепляю губы и произношу:

— Я. Тебя. Не боюсь.

Крик разрывает уши. Арта кидается вперед, налету превращаясь в Руху.

Ее пасть перед моим лицом.

Открываю глаза.

Девочки копошатся где-то в углу. Капает вода. Да так недолго двинуться умом в этой чертовой пещере! Встаю, на автомате протягивая руку за очередным камушком. Это пятьдесят шестой. Под подушкой они уже не помещаются, так что я складываю их просто рядом.

День проходит как обычно, только Арта еще более доставуча и визглива. Она словно нарывается на драку. Лия дерганная и всеми силами старается мелкую утихомирить. Белла не отсвечивает. А я с каждым выпадом Арты, с каждой жалобной просьбой Лии понимаю, что мне все это надоело. Да хоть тысячи Рух, хоть бездны царства Хель, но я не намерена торчать тут дольше!

Засыпая в этот раз, я как-никогда четко осознаю, что рубеж пройден. Дальше только победа или смерть.

Снова гул голосов и мельтешащие за столом тени. Девушка в белом и мужчина в парадном одеянии возле чаши с водой.

— И пусть кровь свяжет ваши судьбы навеки…

Ох, подруга, так ты все-таки сделала это.

Тише!

Девушка еле заметно дергает головой.

— Выпейте священной воды, и увидят боги чистоту вашего союза…

Претенциозно, конечно.

Тш!

— А пролейте кровь в священную чашу, и да освятит Богиня-Луна этот брак…

Какой подозрительно знакомый обряд.

Да тише ты! И без тебя тошно!

Пространство вокруг идет легкой рябью.

Мужчина сжимает руку девушки. Пара медленно и величественно идет под алтарь, толпа теней замерла в молчании. Вот они режут руки и вода в чаше начинает светиться

— Богиня осветила союз! Долгих лет… — тень замолкает, когда чаша, продолжая светиться, окрашивается в кроваво-алый.

Где-то я это уже видела.

В зале проносится шепот. Сначала все замирают в нерешительности, воздух звенит от напряжения.

Что происходит?

Тебе не понравится.

— Оборотница! Оборотница! Ее нельзя выдавать замуж! — слышатся крики со всех сторон.

Что? Почему?

— Да если б я знал, — мужчина, до этого сжимавший руку Лии, брезгливо отбрасывает ее.

— Рагнар? — шепчет девушка. — Я не понимаю…

— Отдать в стаю, отдать в стаю!

Тени сгущаются, пространство дрожит, а голоса становятся все громче.

— Общая! Общая!

Что ты стоишь, идиотка!? Беги, поднимайся — и беги!

— Папа…папа…

— Лучше не противься, Лия. Прости, — голос отдаляется, похороненный за криками и сгустившимися тенями.