– Я думала, что ты умерла. Было эхо, и я отчётливо услышала буквы “Д” и “К”. За полминуты до этого тебя с головой поглотили пески. Я решила, что “Д” и “К” – это о тебе: “Дикая”.

– Я тоже слышала эхо и тоже слышала буквы “Д” и “К”, которые, как ты понимаешь, также присутствуют в твоём имени, Джекки.

– В тех песках выживание казалось мне нереальным…

– Но ты ведь выжила!

– Мне повезло.

– Если повезло тебе, почему, по-твоему, не могло повезти мне? – я не знала, что ответить. Она же жаждала понять. – Ты что, не предприняла вообще ни одной попытки найти меня?

Меня осенило. Я замерла потому что… Я не ожидала от себя такого.

Спустя несколько секунд шокированного молчания я выдала не своим голосом, с широко распахнутыми глазами:

– Прости, я, кажется, действительно кинула тебя…

– Не будь дурой – тебе не идёт. Никто никого не кидал. По крайней мере не в прямом смысле этого понятия… Я лишь пытаюсь до тебя донести, что пессимизм – твой злейший враг, понятно? С опущенными крыльями не летают – только падают. Определись уже: птица ты или камень.

– Похоже, я оказалась камнем, – горько ухмыльнулась я.

– Ты меня вообще слушаешь? Что с настроем? – она пощелкала пальцами у меня перед носом. – Никакого пессимизма при мне, ясно? Не в мою смену. Благодаря твоему упаднеческому настроению мы уже однажды разделились, благодаря моему оптимизму воссоединились. Даже не думай, что я и впредь буду вытаскивать нас обоих на топливе одного только своего оптимизма – вноси и свою лепту, не будь лентяйкой.

– Мне было хреново… Да что там: я страдала от того, что тебя, в моём понимании, не стало.

– Что ж, это мило.

– Легче не стало?

– Знаешь, нет. Мне не приносят облегчения чьи-либо страдания.

– Помни об этом, когда будешь вскрывать мне руку. – В ответ на эти слова она неоднозначно ухмыльнулась. – Давай договоримся, что с этого момента будем до конца вместе, а если в конце всё дойдёт до того, что дурацкий камень выдвинет нам очередное дурацкое условие наподобие того, что якобы мы должны будем убить друг друга, мы просто не сделаем этого, а дальше будь что будет, – я выдала эту мысль на одном вдохе и практически без запятых.

Дикая сдвинула брови. Было видно, что она сама размышляла о возможности подобного развития событий.

– Хороший договор, – с этими словами она протянула мне руку.

После того, как мы с силой пожали руки, Дикая вынула лезвие из огня и начала его остужать.

– По поводу эхо… – продолжила хмуриться она. – Я только сейчас поняла, что твою гибель, скорее всего, могли бы обозначить твоим прозвищем, а не именем. Как и мою. То есть не Тринидад и Джекки, а Дикая и Отмороженная.

– Не факт. У нас единственных из обитателя Паддока сохранились личные имена. Могут и их использовать.

– Лучше бы нам этого никогда не узнать… – она тяжело вздохнула. – Итак, “Д” и “К”. Выходит, речь о Дефакто. И как мы обе сразу не подумали об этом варианте?

– На момент звучания эха нас обоих поглотили зыбучие пески. Логично, что мы подумали друг о друге.

– Ну да…

– Хотя знаешь, я ведь видела вчера, как Змееед пытался задушить Нэцкэ, и не видела рядом с ней Дефакто.

– Дефакто был неплохим парнем, – охотница снова нахмурилась. – Больше сам в себе, чем снаружи, но толковый и трудолюбивый. С вниманием перенимал у Нэцкэ медицинские навыки… Ты говоришь, что видела борьбу Змеееда с Нэцкэ. Она спаслась?

– Сбежала. И после эха с её именем или именем Змеееда мы не слышали.

– Так и знала, что это она вчера кричала…

– Ты слышала?

– Издалека, – собеседница посмотрела на меня в упор. – Тебя это удивляет? Я ведь шла по твоему следу. Кстати, ты совсем не следила за своим передвижением. Наследила очень сильно, особенно в конце пути. Нужно стараться двигаться ступая по камням и веткам, а не по отпечатывающему след мху и не через ломающиеся кусты. Но ты ведь это и без меня прекрасно знаешь.

– Ты умерла. Меня прибило. Так что простите меня за мой пофигизм.

– Прощаю, но только из-за того, что благодаря ему я в итоге смогла с лёгкостью выйти на тебя. Ну что… Лезвие остужено и обработано йодом. Давай начинать резать.

– Может, я сама?

– Тебя знобит, из-за чего твои руки дрожат. Ты могла бы попробовать сама, но в этой стадии уже опасно разбираться с паразитом дрожащими руками. Клещ уже в слишком вздувшемся состоянии: если вместе с кожей надрежишь его, он может лопнуть, а это грозит тебе не только его размножением в твоей руке, но и заражением крови. В таком случае ты не отделаешься одним лишь ознобом – тебе придётся по-настоящему худо.