Дикая занялась моей рукой. Та боль, которую я испытывала в процессе надрезания кожи, не идёт ни в какое сравнение с тем облегчением, которое я испытала, когда паразит выплыл из моей руки вместе с потоком крови. И ещё я испытала отвращение. Эта тварь выглядела ужасно: бледная, нажравшаяся крови, с конвульсивно шевелящимися щупальцами… Дикая раздавила монстра в миниатюре клинком. Дальше началась обработка раны йодом и перевязка. Обильное кровотечение Дикая объяснила изменением уровня лимфоцитов в крови, на который хитрый паразит, при попадании в организм жертвы, влияет в первую очередь. Из слов Дикой, паразит не так опасен, если проводит в организме жертвы менее суток, но в моём организме он провёл критически долгое время, так что она пообещала мне мощное сопротивление со стороны моего пережившего стресс организма. Попросила меня приготовиться к температурным перепадам, но разве к такому возможно подготовиться? Тем более когда времени на подготовку не дано.

Глава 32.

Я отключилась ещё до того, как Тринидад начала разделывать своих кроликов для прожаривания их мяса на костре, сложенном из тех сухих веток, что мы вытащили из расщелины, в которой я скрывалась всю прошедшую ночь. Зашла в пещеру, чтобы достать из рюкзака Дикой воду, и не заметила, как вырубилась. Я так и не поняла, заснула ли я или потеряла сознание, а когда проснулась, обнаружила себя укрытой материей – из похожей я организовала крышу для этого места. Было уже темно, снаружи барабанил дождь, а в нашем укрытии неожиданно появился тёплый источник света – палка с толстым наконечником, наподобие факела, была вставлена в щель между камней. Она тихо горела и не сгорала.

– Что это? – мой голос прозвучал хрипло.

– Обрубок долго тлеющего растения, – Дикая сидела в полуметре от моих ног и что-то перебирала в руках. Это была пустая баночка, она показала её мне. – Льва больше нет, так что только зря кровь Чёрного Страха израсходовала.

– Может, лев был не один, может, есть ещё? И, может, здесь имеются другие крупные хищники, которых нам следует остерегаться.

– Наверняка имеются. Но всё равно дождь смоет кровь Страха ещё до рассвета. Что, кстати, неплохо, даже с учётом того, что я заранее набила дичи. Всё-таки охота – важная часть нашего выживания. Как и убежище. С этим ты не налажала. Хорошее место, – она обвела руками пространство. – Правда крыша хлипкая, из-за непрекращающегося дождя уже однажды прохудилось, пришлось латать… Итого: от хищников ты защитилась, бутылки по лопухам рассовала, нашла хорошее укрытие… В общем и целом получается, что ты молодец.

– Я и без тебя это прекрасно знаю, – тяжело дыша, выдавила я, и, опираясь на предплечья, выровнялась и села. Поясница страшно затекла, так что я поморщилась из-за этого.

– Раз уж у нас достаточно воды и еды, нужно уже оборвать твою голодовку, – с этими словами она протянула мне огромный кусок жаренной крольчатины, нанизанный на стрелу, и ещё какой-то то ли плод, то ли корягу.

– Это ещё что такое?

– Съедобный корень. Я уже съела два таких, так что можешь не опасаться отравления. На вкус вроде картошки, так что давиться не придётся. Нам нужно есть что-то кроме мяса, поэтому потрудись съесть всё. Как твоя рука?

Мы одновременно посмотрели на мою повязку. Она была вся в крови.

– Выглядит плоховато, – сдвинула брови я.

– Шить рану не вариант – больше дырок наделаем, а при плохой свертываемости крови это хреновато. Давай лучше просто сменим повязку.

Так в итоге и поступили, и ещё раз обработали рану йодом. Впрочем, надрез выглядел не так уж и плохо – кровотечение, вроде как, почти полностью остановилось, так что старая повязка была промокшей из-за первых, самых сложных часов.

– Кстати, неподалёку, метрах в трехстах отсюда, есть водопад, – вдруг решила поделиться Дикая. – Маленький, но вода пресная.

– Отличная новость…

– Да. Благодаря этому можем задержаться здесь как минимум до тех пор, пока у тебя не спадёт температура, а затем подождём, пока к тебе вернутся силы. Думаю, на всё уйдёт пару суток.

– А потом что? – Дикая не ответила, и я решила продолжить. – Можем в принципе остановиться здесь на неопределённый срок.

– Может быть так и сделаем. Вода есть, дичь будет, крыша над головой, – она посмотрела вверх, – сомнительная, но пока сойдёт.

– Как твои шрамы? – уже жуя корень, который по вкусу и вправду походил на картофель, я кивнула в сторону раненого плеча собеседницы. – Этот и тот, который остался от клеща.

– Нормально. На мне заживает даже лучше, чем на собаке.

– И не болит?

– Болит, но терпимо, – она посмотрела на меня. – А у тебя, кстати, болит?

– Ощущение, будто рука полыхает.

– Тогда тебе понравится то, что я для тебя приготовила, – с этими словами она протянула мне баночку с зеленой водой, которая по своей консистенции напоминала почти что жижу.

– Что это? – уже принимая из её рук подношение, поинтересовалась я.

– Дуриан. Растение такое, – она продемонстрировала мне сухой листок, из подобных которому, очевидно, набодяжила врученное мне зелье. – Отличный анальгетик, но может вызывать зависимость, так что лучше употреблять в жидком виде и не больше ста грамм в сутки. Лучше пей после еды.

– Почему?

– От непривычки может поплыть в глазах, – она перевела взгляд на стену напротив себя, а я, отставив настойку в сторону, вернулась к пережевыванию мяса. – Знать бы, от природных ли условий не стало Дефакто, или его кто-то из наших убрал.

– То ужасное чувство, когда ты не желал бы человеку гибели от руки другого человека, но при этом надеешься, что так оно и было.

– Хм… – Дикая прикусила нижнюю губу. – Я ведь вроде так и не поблагодарила тебя за то, что ты спасла меня в битве с Чёрным Страхом?