– Теперь я буду соединять, - подошел к нему Палло, но механик зло поглядел на него, стыдясь своего состояния, и сказал:

– Опекунов мне не надо, сам справлюсь. Ишь добренький нашелся...

Палло отошел в сторону, спорить не стал.

Назавтра механик справился с замком быстрее.

– Видишь, - не преминул он сказать Палло, - теперь лучше получается. А вчера что-то неважно себя чувствовал...

– Извини...
– Палло протянул руку - У меня нервы сдали.

– Я заметил это.
– Механик отвернулся.
– Долететь бы без приключений, добавил он.

Но им не повезло.

Небо начало проясняться. Огненные дуги становились все ярче, пока не заняли всю северную часть небосклона. Они словно вырастали из сопок, уходили ввысь, и эти ярко-красные столбы поражали своей красотой и мощью.

Ночевали они в школе поселка. Были каникулы, и деревянный дом пустовал. Эвенки принесли несколько вязанок дров, сгрузили их в классе Потом сдвинули четыре парты, стоявшие в центре комнаты, и бросили на пол два десятка оленьих шкур.

– Теперь и зимовать можно, - заметил бригадир охотников и исчез столь же неожиданно, как и появился

Палло с крыльца школы любовался полярным сиянием.

– Неплохая иллюминация - услышал он Сзади стоял Козлов.
– Впервые, наверное?

– Красиво, - ответил Палло.

– Это для поэтов, - заметил Козлов - А для нас хуже некуда.

– С радиосвязью плохо?

– Без неё переживем, - отмахнулся летчик, - но теперь похолодает. Туруханск и Тура обещают за пятьдесят... Лететь не сможем. Я уже распорядился, чтобы не грели машины...

– Может, обойдется?
– не сдавался Палло - Полпути осталось, дотянем.

– Нет. Рисковать нельзя. Шли на пределе. У вертолетов ограничение-минус сорок, у "Анов" - на пять градусов ниже. Теперь будем сидеть и ждать погоду. Козлов хмуро усмехнулся: - Да, да, ждать погоду... Как в той присказке...

Палло попытался вспомнить, о какой присказке говорит Козлов, но не смог. Огнем полыхало небо, и слова летчика доносились откуда-то издалека.

Морозы стояли неделю. Пришлось установить круглосуточное дежурство у печи. Она остывала так быстро, что к утру вода в ведре покрывалась слоем льда. Дров было достаточно.

Изредка появлялись эвенки, привозили продукты и дрова и молча исчезали. Только потом, в Туруханске, Палло узнал:

среди оленей начался падеж и все население ушло к ним на помощь. Вот почему за неделю никого в крошечном поселке они так и не увидели.

10 января Мангулов передал из Туры: "Потепление до 35-40 градусов. Возможны туманы".

Телеграмма обрадовала и огорчила. Вынужденное безделье затянулось, теперь можно продолжать путь. Но туманы?

– Ничего, как-нибудь проскочим.
– Кажется, впервые за эти дни Козлов улыбнулся.
– Теперь подняться бы...

И вновь он оказался прав. Лыжи самолетов вмерзли в лед.

Да и запустить моторы обоих "Анов" и вертолета не удавалось.

Сначала из Туруханска привезли бензиновый подогреватель. Но работал он неустойчиво, при таком морозе бензин загорался плохо. И эта бестолковая возня с подогревателем окончательно вывела из себя Козлова. Он не отходил от рации и отчаянно ругался с авиационным начальством сначала в Туруханске, а потом и в Красноярске.

Еще два дня прошло. Они сняли со столбов провода, подвели их к самолетам и стали ждать, когда из Туруханска, наконец, привезут электроподогреватель.

Потом пришлось пилить лед. Трос, который заменял пилу, рвал рукавицы. Чуть зазеваешься, он намертво приваривался сквозь дыры к ладоням. Отрывали трос уже с кожей. Палло израсходовал весь запас бинтов и йода, а подогревателя все ещё не было.

Мороз постепенно спадал. Прогноз Мангулова оправдывался, и Палло вновь пожалел, что при первой встрече так сурово обошелся с метеорологом. Правда, когда пришла телеграмма от Королева с просьбой подробнее рассказать о явлении, так беспокоившем Мангулова, Палло добавил от себя несколько слов: "Извините, что тогда погорячился. Очень прошу подробный рассказ об увиденном направить в Тарту, в Институт астрофизики, Виллманну. Рад был нашей встрече".

Мангулов немало удивился такому посланию. Во-первых, он давно уже забыл, каким образом обидел его эстонец, а вовторых, осведомленность Москвы о нем, Мангулове, льстила самолюбию. Он догадался, что Палло сыграл здесь определенную роль, и непривычно для себя ответил коротко: "Сделаю.

Спасибо".

Дни стояли отменные, лететь бы только, уже в Туруханске давно были бы, но выстуженные моторы молчали. Подогреватель привезли, когда над Тунгуской начали опускаться туманы.

Туман преследовал их до Туруханска. Последний час полета шел практически вслепую. Левый берег реки уже не был ~ виден, Козлов с трудом различал очертания берега справа.