Однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы очень значительно поднять эффективность использования энергии. Теперь объём праджни, раньше увеличивавший мою мощь на условную единицу, поднимал её на целую четвёрку. Правда, я уже ощущал, что со временем и этот параметр будет постепенно уменьшаться. Но пока что можно было не думать об этом, тем более что пришла пора пожинать плоды подготовленной диверсии.

Прикончить истощённого и лишившегося большей части сил Кирика было несложно. Конечно, обещанное Федру изначально: кинжал в сердце во сне в кровати — провернуть не удалось. Во-первых, потому что Лина наотрез отказалась заходить с главой Кривоносых так далеко. А во-вторых, потому что я бы не простил себе, если бы бога третьей Кары убили, пока меня не было рядом.

Вот только это и не было важно. Старик ничего не говорил об условиях смерти главы Кривоносых в своей клятве. Да и вряд ли его волновало, как именно умрёт Кирик. Что потом от кинжала, что сейчас от алебарды — так или иначе причастность к его гибели Лины неизбежно раскрылась бы. А потому Плывущим по Сальсабилю всё равно пришлось бы “официально” менять покровителя, чтобы их… нас банально не забили разъярённые бывшие союзники.

Так что у Лины действительно уже были собраны все немногочисленные вещи, с которыми она и отправилась к Федру. Также с собой она забрала всех членов банды, по тем или иным причинам оставшимся на базе, кроме Варны.

Девчонка, несмотря на относительную бесполезность в бою, оказалась отличной помощницей. Промышляя воровством, она досконально знала почти каждый дом и закоулок в заброшенном квартале. И всегда могла сказать, как сбросить с хвоста преследователей или где спрятать труп. И сейчас она была нужна мне, чтобы по-тихому и незаметно добраться до штаба Пяти Кулаков.

— С тобой точно всё будет в порядке? — Лина с тревогой осматривала мои раны. Серьёзно Кирик меня ни разу не порезал, однако их количество и правда вызывало опасения.

— Жить буду, — улыбнулся я, взваливая труп на плечо.

— Спасибо тебе за всё, что ты сделал для меня, — чуть потупившись, выдохнула богиня. — Я буду ждать тебя в штаб-квартире Воровской Чести. Обязательно вернись.

Я хмыкнул.

— Куда денусь. Ну всё, давай, чап-чап, в путь!

Проводив взглядом быстро исчезнувшие в темноте фигуры, я обернулся к Варне и уже собирался сказать, что мы можем отправляться, но тут мой взгляд упал на Талу. Она буквально выплясывала на месте, радостно хлопая в ладоши. Закатив глаза, я посмотрел на девушку.

— Подожди меня снаружи несколько минут, пожалуйста.

— Ладно, — Варна, похоже, уже бы не удивилась ничему, что я мог сказать или сделать.

Оставшись с Талой наедине, я с недовольством посмотрел на дочку. Что она хотела сказать, я примерно знал.

— И?

— Ты ей нравишься! Даже очень!

Как и ожидалось.

— Я это знаю.

С кукухой у меня, конечно, было далеко не всё в порядке. Но я был бы не безумцем, а идиотом, если бы не уловил такие явные сигналы.

— И ничего не будешь делать?

— А что я сделаю?

— А что в таких ситуациях обычно делают? — переспросила Тала, хитро улыбаясь.

Я покачал головой.

— Мне сейчас совершенно не до того. Мне нужно как можно скорее стать…

— Папа… — Тала подошла и протянула ко мне ладошки. Я, вздохнув, сбросил с плеча свою жутковатую ношу и взял дочку на руки. Её крошечные пальчики легли на мои покрытые уже довольно густой щетиной щёки. — Я понимаю, что ты хочешь отомстить за меня как можно быстрее, но твоя цель — Демиург. Как бы ты ни торопился, пройдут годы, прежде чем ты сможешь приблизиться к его силе. Прошлые сто тысяч лет ты был вынужден работать без передышек изо дня в день и из года в год. Но теперь у тебя есть возможность радоваться жизни. Ты ведь наслаждаешься едой, сном и солнцем. Почему нельзя так же насладиться женщиной?

— Ты слишком маленькая, чтобы говорить такие вещи, — поморщился я.

— Я мертва, — она пожала плечиками. — Могу говорить что захочу.

— Не можешь, пока я — твой отец.

— Не обижайся, папа, но пример для подражания из тебя точно не лучший, — захихикала Тала.

Я, хмыкнув, поставил её обратно на пол.

— И что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Ничего. Просто не загоняй самого себя в бутылку данным мне обещанием. Я могу немного подождать, пока ты будешь занят Линой.

— А как же твоя мама?

— Шутишь? — она нахмурилась и упёрла в пояс кулачки. — Когда она была жива, тебе ничто не мешало ей изменять. И вспоминать о супружеской верности через сто тысяч и тридцать лет после её смерти как-то нечестно, тебе не кажется?

— Иногда я забываю, что тебе на самом деле всё-таки не шесть… — я вздохнул.

— Главное не забудь, что меня на самом деле не существует, — погрозила мне пальчиком Тала.

— Мне всегда казалось, что галлюцинации не должны разубеждать человека в своём существовании, — усмехнулся я, наклоняясь и вновь забрасывая на плечо тело Кирика.