— Значит, тебе повезло, что я слежу. Короче, я так понял…

Он вовремя оборвал себя на полуслове, когда дверь отворилась и в приёмную впорхнула уже оправившаяся от своих недавних переживаний Ольга с долгожданным кофе.

— Нет, погоди-ка, — включил заднюю Никита, отхлебнув из своей кружки, — ты серьёзно не в курсе?

Андрей уставился в свою кружку. А что он мог такого слышать? И вообще, на кой чёрт ему, спрашивается, следить за тем, о чём шепчутся по углам в его офисе? Слишком уж большой, вообще-то, офис, слишком много в нём углов. А у него слишком много дел, чтобы охотиться за сплетнями.

Никита истолковал его молчание единственным верным способом — как знак согласия, и даже присвистнул.

— Ох-ре-неть… Слушай, может, мне с тебя не только за консалтинг, организацию переговорных процессов и остальные свои услуги деньги брать?

— А за что ещё? — Андрей приподнял бровь. — За сплетни?

Он успел заметить, как Миронова на прощание выпалила нечто такое в лицо своему собеседнику, что он весь будто скукожился. И лицо, лицо у неё было точь в точь, как тогда…

— Ну а ничего, что эти сплетни так или иначе тебя касаются?

Андрей внутренне вздрогнул, когда слова друга ворвались в его мысли, но взгляд его, как прикованный, следовал за ней.

— Что? — отозвался он

— А то! Блин, Волков, это же климат внутри коллектива. Как-то, я не знаю, надо же отслеживать хотя бы среднюю температуру по палате. Она вообще-то старший специалист твоей пресс-службы. Ты время от времени её на всякие брифинги с собой таскаешь.

— И?

Бледная и явно чем-то сильно расстроенная, она скрылась в дверях его приёмной. Скомканные бумаги в её руках, очевидно, рано или поздно окажутся у него на столе — очередная порция корреспонденции, не более того.

Интересно, она поделится со своей подружкой, чем так расстроил её этот белобрысый толстяк?..

— …и на другие мероприятия, когда надо по работе. То есть, ну, вы как бы мелькаете вместе, понимаешь?

— И?

— И… ну… слушай, а что у вас с ней вообще за история? Ну, кроме того, что стряслось на прошлый Новый год?

— Нет у нас никакой истории, — отрезал Андрей, и слова его внезапно прозвучали жёстче, чем предполагалось. — Она моя подчинённая.

— Ага, — Никита сделал новый глоток. — Ты не злись, я так спросил… Просто, мало ли, может, я всё-таки чего-то тут не понимаю.

— Никита, не тяни.

Он ни за что, даже себе не стал бы признаваться, что все эти хождения вокруг да около невольно поселили где-то внутри него неприятные, муторные ощущения. Потому что с какого бы чёрта ему переживать о судьбе подчинённой, из-за которой весь этот дрянной сыр-бор год назад и загорелся?

— Ну, если не вдаваться в подробности… Раз уж тебе реально на всякие разговоры внутри твоего собственного коллектива отвлекаться некогда… Короче, я бабских сплетен касаться не буду. Там непонятно, чего больше, собственных домыслов, зависти или ещё чего. А вот мужики из нескольких отделов, это я знаю точно, на неё охоту объявили.

Андрей с обманчивым спокойствием отставил от себя кружку. Кофе на языке странным образом загорчил сильнее обычного.

— Никита, осторожнее со словами. Если это какие-то твои цветастые обороты…

— Да нет же! — Никита замотал головой. — Говорю тебе, они там сделали какие-то свои выводы из всей этой ситуации и, раз уж ты её так и не уволил, посчитали, что не просто так. Ну, понимаешь?

Андрей медленно втянул в себя воздух. Спокойно, Волков, спокойно. Не давай своей буйной натуре выходить из-под контроля только потому, что в твоей фирме некоторые мужики треплют языками похуже баб.

— Не просто так? — повторил он ровным голосом. — Поясни.

Никита вдруг замялся. Возможно, нутром чуял, что в друге просыпалась злость, пусть снаружи это пока никак и не проявлялось.

— Ну, типа, ты к ней неравнодушен или вроде того. Посчитали, что после всей этой катавасии на корпоративе ты её прикрыл, а она тебя отшила, а ты в ответ послал её подальше, и теперь назло ей встречаешься с Катериной. Но её всё равно посчитали за достойный трофей, мол, не побоялась отказать боссу, который вообще-то из жалости принял её на работу. Как-то так.

Как он умудрился сохранить бесстрастное лицо, выслушав всю эту адскую ересь, Андрей и сам не знал. Господи, куда там всем этим журналюгам до сочинителей прямо у него под боком…

А Никита, кажется, действительно не заметивший эффекта, который произвели на друга его слова, продолжил:

— Ну вот, и они теперь как бы соревнуются, кто первый её таки закадрит. Ты же знаешь, как её после всего этого у вас называют?

— М? — только и смог мыкнуть Андрей.

— Ледышкой. Она Юрьева из отдела финансов отшила. Потом ещё двоих — из отдела планирования. И этого… как его… ну, такой, рыжий, оттуда же.