– Не брошу, бабушка Фарли.

– Вот и хорошо. Тогда смотри, куда мы чаны с закваской поставим. Я пять штук выкупила. И еще по мелочи.

Мелочи утрамбовывали всем кланом. Но – максимально бережно. Собственная гидропонная ферма – это важно.

Так день за днем подбирали желающих по рекомендациям, по бартеру меняли недостающие инструменты и запчасти. Спать получалось урывками, потому что многое отдавали под ремонт или монтаж оборудования в доке. Пусть кержак уезжает, но мастерские уже начали работать. Тем, кто оставался, понравилось общее начинание. Ведь раньше доходы шли только с разборок. Сейчас уже треть денег приносили новинки, которые клепали на обживаемой территории. Поэтому – мы поделимся, но вот станочек бы до ума довести и двигатели что-то мертвым железом в углу валяются. Не посмотришь?

Четверо суток перелета позволили отдохнуть и отоспаться. Можно сказать, почувствовать себя человеком. Ведь “человек” – это звучит гордо. К моменту, когда смотревший волком экипаж мстительно озвучил “готовиться к высадке”, Ивана из состояния нирваны вывели две вещи.

Первая – это Загама. Диктатор Семерки тоже ел, спал, набирался сил. Чтобы ближе к прибытию мрачно пообещать:

– Как вы, оклемались? Готовьтесь, это все были мелкие радости. Основное веселье будет позже. Фронт работ уже нарезали.

– Так мы готовы, – попытался внести позитив Осокин.

– Само собой. Все готовы, и ты, и я. Но по большому счету, куда мы денемся с подводной лодки?

Вторая неожиданность была продемонстрирована Лиссой. И выражение лица у девочки было однозначным: “мое, не отдам”. Пара крыс. С драными шкурами, красными глазками и округлыми ушками.

– Ранкора их осмотрела, лекарство дала. Не заразные.

– Крысы. Откуда они? Я их на станции и не видел никогда.

– Они что, дурные, в Отстойнике бегать? Съедят моментально. Их ближе к гидропонным центральным фермам можно найти или на грузовиках. Мы вот – отловили.

– Сами?

– Мальчишки киберов подключили, в вентиляции смогли в угол зажать. Красивые, да?

Хвостатые сидели в большой клетке из прозрачных пластиковых панелей, в которых ближе к крышке насверлили кучу мелких отверстий.

– Симпатичные. Но за ними ухаживать придется. И будут пытаться удрать при любой возможности.

– Мы маячки им поставили, найдем. И убегать вряд ли будут. Вот это – Чик, а это Чок, у него кончик хвоста обрублен. Чик уже на руки не боится идти. Но он постарше, вообще заводной… Можно нам оставить?

Даже имена из мультсериала зверье получило. Похоже, в клане новые бойцы. Дронов детворе уже мало.

– Головой за них отвечаете. Всей бандой. Кормить и убирать за ними не забывайте.

– Не дурные, дядя Иван, все понимаем.

Спятивший мир. Вечно голодные дети, готовые поделиться едой с крысами. Потому что крохотные живые твари отвечают любовью, в отличие от родителей, многие из которых выпнули малолетний “балласт” на помойку.

В доки Щипач пришел, как только получил подтверждение из Совета о назначении на официальную должность. Правда, кроме “мы вас поздравляем”, из Чистых кварталов больше ничем не порадовали. Живешь в Отстойнике, что-то там с местного отребья трясешь – ну и тряси дальше. Не возражаем. Остальное – добывай на месте. Сам.

И в новом доке не особо ждали. Своя охрана, частью набранная на разборке. Местные хозяева, запустившие четыре небольшие мастерские. Пустые пока склады. Контакты с нужными людьми через жуков из Предбанника. Можно сказать – еще одна независимая территория. Как и барахолка, фермы и торгаши, сбившиеся в кучу и готовые порвать глотку за попытку обложить данью. Фактически братва осталась при своем: контролировала деревни, грабила по-мелочи шелупонь, таскавшую мусор на перепродажу. Ни тебе новых заработков, ни перспектив. Одни эфемерные “почет и уважение”. И вечно голодные головорезы, застывшие в низком старте в ожидании поживы. Не принесешь чего-нибудь в клювике – свергнут и другого на опустевший трон посадят.

– Где Дисма? Куда этот урод исчез? В какую щель забился?

– Говорят, к прокаженным на Семерку с остальными свалил.

– Кержак его к себе взял? Он же с блатными дел не имел.

– Взял. Мало того, вроде даже игольник выдал. Так что был у нас смотрящий, и не стало. Теперь с дикарями дружбу водит.

– Ладно. Сочтемся еще. Хотя и без нашей помощи подохнет. С чего бы соседи пытались к нам на помойку переехать? Совсем у них паршиво… Пойдем, посмотрим, что после мастера осталось. Он тут целую крепость успел отгрохать. Может, себе заберем.

Идти пришлось в полной темноте по мосту без перил, подсвечивая дорогу фонарями. Когда добрались до площадки, где раньше обживался Осокин, остановились и с удивлением начали крутить головами.

Мост упирался в остатки крепежа, пучки торчащей арматуры и штук пять ржавых тросов, свисавших с потолка. Железные балки, которыми бывшую базу соединяли со шлюзовым ангаром – исчезли. Как и сама база. Ее полностью демонтировали и вывезли. Вместе со станками, накопленными ремонтными комплектами и всем тем, что поможет обустроиться на новом месте.