Боудикка с отвращением отвернулась и вышла из комнаты. Макрон заколебался и собирался уже следовать за ней, когда наместник обратился к нему.

– Не ты. Останься здесь. Я еще не закончил с тобой и с префектом Катоном. У нас еще есть важные дела.

*************

ГЛАВА ІX

Инстинктивной реакцией Катона на приказ остаться было опасение, что истинная личность Клавдии Актэ была раскрыта, и что их вот-вот арестуют и вернут в Рим, где они предстанут перед гневом императора Нерона. Он не мог придумать какой-либо другой причины. Он взглянул на Макрона, который слегка пожал плечами, прежде чем оба повернулись к Светонию. Наместник наблюдал за бессловесной игрой с веселым видом.

– Почему мои подчиненные думают, что у них проблемы, когда я прошу их остаться после того, как другие покинули собрание? Может быть, они страдают от угрызений совести? Или что-то скрывают? По опыту, то обычно так и происходит, - он сделал паузу, а затем рассмеялся.
– Расслабьтесь, вам не о чем переживать. По меньшей мере не в том смысле, в котором вы, возможно, ожидали.

Его слова мало успокоили беспокойство Катона. Какое-то шестое чувство навело его на мысль, что ему не понравится то, что пропретор собирался сказать им. Светоний перевел взгляд на Макрона.

– Как старший магистрат ближайшего центра римской власти, на тебя возлагается обязанность помогать прокуратору в составлении описи имущества и богатств царства иценов и обеспечении того, чтобы остальная часть дани была выплачена.

– Это если предположить, что царица Боудикка не соберет то, что причитается, господин, - сказал Катон.

– Именно это я и предполагаю, префект. Или ты мне хочешь объяснить, как она сможет найти необходимые деньги?
– Вызов Светония остался без ответа, и он кивнул.
– Мы можем согласиться с моим предположением тогда. Центурион Макрон, ты будешь под командованием прокуратора и будешь исполнять все его приказы.

Макрон покачал головой.
– Со всем уважением, господин, я не буду этого делать.

– Не будешь?
–  Светоний нахмурился.

– Я отказываюсь служить под началом этого труса.
–  Макрон ткнул большим пальцем в сторону прокуратора, не соизволив взглянуть на него.
– Он был ответственен за смерть множества хороших людей и бежал с поле боя, когда началась та заварушка, которую он сам и спровоцировал. Если бы он был солдатом, его бы казнили за дезертирство перед лицом врага.

– Но он не солдат, центурион. Он гражданский чиновник, и он выполнял свои обязанности в том инциденте, о котором ты говоришь. Да, я слышал его версию этого, и я уверен, что, если бы он остался с тобой и твоими людьми, то это бы все равно не повлияло на результат. Как бы то ни было, он поднял тревогу в тот момент, когда он достиг армейского аванпоста, хотя, к сожалению, слишком поздно, чтобы она оказалась полезной.

– Если вы так говорите, - прорычал Макрон.
– Как я уже сказал, я не буду служить под его началом, если бы я это сделал, то я не смог бы нести ответственность за то, что может с ним случиться.

– Достаточно, центурион! Я не потерплю угроз со стороны тех, кто служит под моим началом. Мне нет дела до личных обид, которые ты можешь здесь предъявить. У меня нет возможности тратить свое время на мелкие разногласия. Ты по-прежнему офицер запаса, а также старший магистрат колонии. Таким образом, ты обязан подчиняться любому приказу, который я тебе отдам. И я приказываю тебе помочь прокуратору в обеспечении того, чтобы Боудикка и ее племя выполнили свои обязательства. На время этой миссии ты будешь подчиняться ему так же, как и любому другому офицеру, занимающему командирскую должность над тобой. Это совершенно ясно, центурион? Или ты предпочитаешь, чтобы я лишил тебя твоего звания и нашел кого-то другого, кто возьмет на себя твои обязанности и привилегии?

Макрон глубоко вздохнул, прежде чем ответить.
– Ясно, господин.

Краем глаза Катон заметил, что Дециан с удовлетворением сложил руки на груди.

– Очень хорошо.
–  Светоний нетерпеливо вздохнул.
– Дело решено. Я больше не нуждаюсь в тебе и прокураторе. Вы оба свободны. Центурион, я был бы признателен, если бы ты воздержался от того, чтобы выбить дух из Дециана в тот момент, как только вы окажетесь вне таблиния. И Дециан, я не восприму положительно любые провокации, которые ты предпримешь в адрес Макрона или злоупотребишь моим доверием, когда я решил поместить его под твое командование. Все ясно? Прошу более не портить мне настроение. А теперь уходите.

Дециан первым направился к двери, желая увеличить дистанцию между собой и центурионом, чью жизнь он некогда поставил под угрозу. Макрон заставил себя сделать паузу, сжав кулаки, прежде чем кивнул, отдал честь наместнику и вышел из таблиния, плотно закрыв за собой дверь. Светоний закрыл глаза и глубоко вздохнул, прежде чем снова открыть их, чтобы обратиться к Катону.

– У меня и без этого достаточно проблем.

– Тогда, может быть, лучше было бы найти кого-нибудь другого для того, чтобы служить при прокураторе.