– У тебя красивое тело. Люблю бритых женщин. В следующий раз обязательно попробую, каково там у тебя внутри. Хм… Может это кто из ваших друзей пошутил? Вы вчера одна выпивали?

Да чтоб тебя!

– У меня нет таких друзей. Так вы заявление будете принимать или мне обращаться к вашему начальству?

Участковый тяжко вздыхает, зевает, открывает свою папку.

– Хорошо. Побои снимать будете?

– Привет, Валерия Игнатьевна, – слышу совсем рядом и, шарахнувшись в сторону от неожиданности, удивлённо гляжу на Хаджиева. Оглядываюсь на входную дверь. Открыто. Проходной двор, блин. – Ого. Что здесь произошло? – вопрошает Шамиль, осматривая моё многострадальное жилище.

– Да вот. Нашествие инопланетян с замашками ниндзя, – раздражённо развожу руками. – А ты здесь что забыл?

– Судя по всему, – опускает взгляд на мои босые ноги, выглядывающие из-под халата. – Пришёл тебя спасать.

Какая прелесть. Только спасителей мне тут и не хватало.

– Ты испугана, – констатирует он. Ну надо же капитан Очевидность.

– Есть такое. На меня не каждый день нападают, знаешь ли, – отвечаю грубо. Я сейчас не на работе и желания метать перед ним бисер отсутствует. – Так что ты здесь делаешь?

– Я тебе звонил. Но твой телефон недоступен. Мне нужно знать, как продвигается дело.

– Слушай, – выдыхаю, бросая косой взгляд на участкового, наблюдающего за нами со скучающим выражением лица. – Давай не сейчас, ладно? Если ты не заметил, я не одна.

И вообще откуда он знает, где я живу? Эта мысль отходит на задний план, когда он снова начинает говорить.

– И чем он тебе поможет? – хмыкает Шамиль, окинув взглядом полицейского, который на две головы ниже его. – Думаешь, они будут кого-то искать?

– Кхм… Вы заявление-то писать будете, нет? – подаёт голос участковый, а я, закрыв глаза и поджав губы, отрицательно качаю головой. Хаджиев прав. Не будет никто никого искать. Только время зря потеряю.

– Нет. Не буду, – отхожу в сторону, чтобы пропустить к выходу участкового, и тот, раздражённо зашипев, захлопывает свою папку.

– Детский сад, блин, какой-то! – а закрывая за ним дверь, слышу приглушённое «дура какая-то». В общем-то, и я не лучшего мнения о нём, а потому не стоит тратить время друг друга. К тому же появился тот, кто действительно в состоянии помочь мне делом, а не пустыми словами.

Поворачиваюсь к Хаджиеву и, сложив руки в замок, долго рассматриваю его.

– Ты знаешь, где достать оружие без разрешения?

Кривая ухмылка. Знает, конечно, бандюк.

– Что именно тебе нужно?

– То, что в состоянии вырубить здорового мужика вроде тебя. Основательно так вырубить. Перцовый баллончик не предлагай.

– Понял. Поехали, – бросает он и, не дожидаясь, пока я оденусь, идёт к двери. Скорый какой. Что ж, от него толку будет побольше, чем от амебного участкового.

В тесной коммуналке воняет скисшей едой, грязными носками и ещё чем-то из того, отчего меня вот-вот вырвет. Передёргивает от вида какого-то нарика, прислонившегося к стене. То ли он в трансе, то ли на меня пялится, непонятно вообще. Ну и место.

– Что за клоака? – брезгливо отряхиваюсь, нечаянно прислонившись к грязной стене с ободранными обоями.

– Ну тебе же нужно оружие без разрешения? Или ты думала, его в супермаркетах продают? – издевается Шамиль, с отвращением отшвыривая с дороги нарика. Тот, совершенно не сопротивляясь, молча улетает в комнату напротив, едва не вышибив своим тщедушным, синим тельцем дверь. Из комнаты доносится приглушённый мат.

Мужика, который открыл нам дверь, я вижу плохо, только седоватый, короткостриженый затылок. Он быстро проходит в самую дальнюю комнату, пропускает туда Шамиля и меня.

Со вздохом переступаю порог, и дверь позади закрывается.

– Какой нужен? – спрашивает мужик, а Шамиль кивает в мою сторону.

– Для неё. Чтобы ствол новый, без палева. И полегче что-нибудь.

– Понял, – кивает мужик. – Но это будет дорого стоить.

– Давай, – пока Шамиль договаривается, я бегло осматриваюсь вокруг. Не то чтобы хоромы, но хотя бы не воняет, как в коридоре. Мебель новая, стеклопакеты, на диване полуголая девица спит. Нормально мужик зарабатывает. Охренеть. Вот так живёшь, в лифте ездишь, с соседями здороваешься. И даже не подозреваешь, что один из них может оказаться торговцем оружием. А так и не скажешь по мужику. Выглядит, как рабочий среднего класса, маленький, щупленький, невзрачный. И живёт в какой-то сраной помойке. Ну кто бы догадался.

– На, возьми в руку, – из мыслей, беспорядочно роящихся в голове, аки пчёлы в улье, меня отвлекает голос Шамиля. Он протягивает мне матовый, чёрный ствол. Абсолютно точно «нулёвый». Не то чтобы я профи в оружии, но хорошо знаю, как оно выглядит. Этот ещё в масле, пахнет железом, но не гарью. – Умеешь пользоваться?

– Ага, – вздыхаю. Ещё с детства умею. Помню, отец впервые дал пострелять по банкам лет в восемь. И мне тогда даже понравилось. Не помню, чтобы когда-то играла куклами, страдала по красивым нарядам и маникюру. Мне всегда нравились пацанячьи забавы. Видать, Король мальчика хотел. А родилась я. Бывает.