Карлик помолчал, подумал, внимательно посмотрел на меня:

– Уверена?

– Да! – и, прикрыв зевок ладонью, предложила: – Пошли спать? Утро вечера мудренее.

Ночь была беспокойной. Боясь проспать, я часто просыпалась, сонными глазами смотрела на окно – не светает ли ещё? – и, убедившись, что ещё темно, роняла тяжёлую голову на подушку, стараясь поскорее заснуть, но через какое-то время вновь просыпалась.

И, как водится, проспала. Проснулась от стука во входную дверь. Стучали осторожно. Даже удивительно стало, как смогла не только услышать, но и проснуться. И почему Тая, постоянно жалующаяся на бессонницу, уже не стоит, уперев кулаки в боки, и не отчитывает переполошившего дом гостя.

Спустившись на первый этаж, убедилась, что Васечка мирно сопит, завернувшись в плед, дверь в спальню тётушки плотно прикрыта и никому из них ранний визитёр не мешает. Ну и ладно, сама открою.

На крыльце стоял Троф. А я встречаю его вся такая со сна неумытая, непричёсанная, в кое-как завязанном халате, в разношенных, ещё с Земли, тапочках. Цветочная дева, за что?! Кажется, это называется законом Мёрфи: «Если что-то плохое может произойти, оно непременно произойдёт». Вот почему бы нам вчера не встретиться, когда я была в нарядном платье, с красиво уложенной косой и подкрашенными ресницами?

– Простите, что так рано потревожил. Зашёл узнать: Васил случайно не у вас? Кажется, он опять сбежал. Хочу найти его до того, как кто-то из Совета хватится, – вид у Князя был виноватый.

«Воспитанный человек, совестливый. Понимает, что поставил девушку в крайне неловкое положение, нагрянув ни свет ни заря», – мимоходом заметила я себе.

– У нас, – призналась я и пошире распахнула дверь, пропуская в дом Князя. – Вы его строго не наказывайте. Он просто проголодался. А потом, когда наелся, уснул прямо за столом.

Троф вздохнул. Было видно, что он сильно волнуется за брата, но при этом не знает, что с ним делать.

– Вы бы женились, что ли, и взяли опеку над мальчиком на себя, – сказала я, а потом, охнув, ладонью рот прикрыла. Явно мозг ещё спит. Такие советы правителю давать. – Простите, Светлейший Князь. Это я не подумав.

Вот только ответа не последовало. Ни согласия, ни порицания за длинный язык. Троф легко подхватил брата с дивана вместе с покрывалом, осмотрелся и кивнул на ботинки, снятые Васечкой на ночь и стоявие на полу. Я тоже молча положила обувь поверх пледа. Вежливый кивок, который можно рассматривать как благодарность или как прощание, и Князь, ловко пробравшись между грядок и разросшихся кустов, скрылся в закрывшемся за ним проходе.

– Что дальше будет? – спросил вышедший из-за угла дома Флор.

Похоже, он уже успел не только заметить внезапное посещение Князя, но и справить утренние процедуры, умыться и полностью одеться.

– Дальше, надеюсь, будет кофе, – улыбнулась я помощнику и пошла в помывочную.

Забрав спящего брата, Троф вошёл в проход, закрыл его за собой и с тех пор больше не показывался. Но как только на башне городской управы бамкнул колокол, предупреждающий о начале рабочего дня, в ворота постучался Гус с известием, что с этого дня на работу меня будет возить он. Я попыталась выяснить причину резких изменений, но маг, «одарив» меня своим фирменным взглядом злобной змеи, просто открыл лакированную тяжёлую дверцу машины и, подождав, когда я усядусь, захлопнул её. Жуткий тип!

Когда я на другой день из ворот выкатила тачку с коробками подросшей рассады анютиных глазок, Гус только брови приподнял да губы сильнее сжал, но всё равно слова не сказал. Открыл незамеченный мною багажник, отвернувшись и вперив взгляд в неведомую мне точку, терпеливо ждал окончания погрузки.

Не желая испытывать выдержку мага,я расторопно руководила своими помощниками, сноровисто расставляющими нежный груз по обширному отсеку.

– Могу Яшу с собой взять, а то, боюсь, некому в Замке разгружать будет? – обратилась к Гусу, на что тот только плечом дёрнул.

Сочтя этот жест за разрешение, я кивнула неприкаянному на открытую дверцу, а следом и сама забралась в салон.

Флора к работам я стала привлекать редко. Разве что когда немного помочь нужно. Управляющий целыми днями занимался с Таей. Учил её красиво демонстрировать товар, элегантно приседать в книксене и делать реверансы, поправлял излишне простонародные слова и выражения. Тренировал, как отвечать на возражения или откровенное хамство иных клиенток, а также наставлял в ведении учётных тетрадей: сколько единиц товара получено – сколько продано.

– Друг мой, откуда в тебе столько знаний и навыков? – не переставала удивляться я.

На что карлик только отмахивался:

– Не так уж много я и знаю. Говорил же тебе, что родился и вырос в непростой семье. И пусть родители стеснялись меня и не представили обществу, но учителей нанимали толковых. Отец планировал пристроить меня управляющим в одно из своих поместий – наследовать я не мог, так хоть место достойное было бы и брату помощь. Как понимаешь, учили не только учёту, чтению и письму. Я хорошо знаю географию, экономику и историю. Это тело у меня уродливое, а мозги лучше, чем у иных красавцев работают.