— Брат, — поприветствовал я, вскарабкавшись по недостроенной лестнице.

Скегги обернулся и расплылся в умиротворённой улыбке.

— Долго тебя не было. Я уже начал беспокоиться.

— Хотел проветрить голову.

— Я не в обиде. Ты заслужил. И всё же в следующий раз предупреждай, когда захочешь уйти надолго. В округе много врагов.

— Я был в Оствуде. Под защитой духов.

— Всё равно не искушай богов беззаботностью.

Удивительно, но сейчас мы словно поменялись местами. Обычно я вдалбливал Скегги в голову мысли о том, что сперва следовало думать, а затем делать. Сейчас брат поучал меня, но заслуженно. Безмолвно покинув хирд, я не только поставил себя под угрозу, но и заставил людей волноваться.

— Как здесь дела? — Спросил я, встав на стене рядом с братом.

— Горожане подуспокоились. Наши, конечно, не были довольны моим решением не грабить город, но те десятники, что помудрее, увидели в этом пользу. Было несколько стычек, но никто не умер.

— Я встретил Дагмера.

— Ага. Я собираю вейтинг.

— Не рано ли?

— Нужно успеть до зимы. После праздника урожая — самое то. Люди сделают запасы, подготовятся к холодам, будут в благостном расположении духа...

— Мы все ещё слабы, Скегги. Да, ты ярл. Ты показал, что умеешь захватывать города, но...

— Сомневаешься, что получится удержать Омрик?

— Предвижу сложности.

— Не забывай, что мы ждём ещё корабли, — улыбнулся брат. — Я отправил вестников не только к ярлам Свергло.

— Решил похвастаться и дома?

— Да. Теперь тем, кто не желает жить под рукой моего отца, есть куда идти.

— Тогда, чую, следующим летом Эглинойр всколыхнёт много битв.

— Да, Хинрик. Или одна — но которая решит всё. Это будет зависеть от мерглумцев.

— Не только, — возразил я. — Мы можем попробовать вынудить Оффу поступить так, как нам удобно. Но сперва я хочу собрать побольше сведений о нём, его олдерменах и войске. А пока наша цель — пережить осень и зиму.

Скегги печально улыбнулся.

— С тобой всегда трудно спорить, прямо как бывало с Гуллой. Только она обычно слишком горячо отстаивала своё мнение и хваталась за нож, а ты просто говоришь вещи, с которыми нельзя не согласиться.

Он умолк, и я не стал нарушать тишину. Сейчас я даже ощутил укол совести — поддавшись горю, покинул брата и оставил его одного разгребать всё в Омрике. Но Скегги не злился — не умел долго хранить обиду. Хорошее качество для друга и скверное для правителя. Иногда жажда отомстить могла здорово пригодиться.

Мы ещё какое-то время молча глядели на церковь и кладбище — оно пополнилось многими свежими могилами.

— Идём, прогуляемся, — наконец сказал брат. — Хоть как следует осмотришь наши новые владения.

Мы двинулись по стене в сторону реки. Слева от нас простирался город — ближе к центру строили крепкие двухэтажные здания, а у стен ютились маленькие куцые домишки. Справа, за полем, где несколько дней назад бесчинствовала битва, пролегала дорога, что шла в Мерглум. Тракт проходил вдоль реки, а затем огибал топкие места и тянулся чуть севернее сквозь редкий лес.

Именно там я и заметил какое-то движение.

— Скегги! — тихо подозвал я. — Ну-ка взгляни.

— Что там?

— Люди. Немало.

Брат резко обернулся, вскочил на каменный парапет и приложил ладонь к глазам, чтобы разглядеть происходящее получше. Снедаемый любопытством, я последовал его примеру и, кряхтя, забрался повыше. Рана давала о себе знать. Хоть я и подлечил её травами в лесу, но напоминать о себе она будет долго.

Я всматривался в движение и увидел группу людей, медленно следовавших по тракту. Маловато для войска, но слишком много для охраны купеческого каравана. Я насчитал два десятка всадников и одну повозку, но не все были вооружены. Сперва мне показалось, что один из конных нёс в руке копьё, но солнце удачно подсветило его, и я увидел знамя.

— Стяг.

— Ага, — кивнул Скегги. — Пусть подойдут поближе, рассмотрим.

— Кто может быть?

— Двигаются со стороны Мерглума. Может кто-то из олдерменов решил познакомиться? Вести-то наверняка дошли...

Это меня и беспокоило.

Скегги подозвал одного из хускарлов. Я не сразу опознал в муже с перемотанной головой Йирдмана, но это был он — и всё так же мерзко скалился. Сколько его не бей, эту противную улыбочку стереть с его лица не получалось.

— Люди со стороны Мерглума. Скажи нашим, чтобы были готовы.

Йирдман молча кивнул и быстро спустился. Тем временем мы со Скегги снова попытались разглядеть стяг.

— Алая ткань. То ли ящерица...

— Змей, — поправил меня брат. — Змей Мерглума. Королевское знамя.

— Значит, идут из Лениовика.

— Возможно.

— Посланники, — предположил я, и Скегги подтвердил мои догадки.

— Не просто посланники, а посыльные от самого короля. Кто-то важный, раз несут его стяг. Простой олдермен шёл бы под своим собственным, не королевским. Я начинаю тебя бояться, Хинрик Фолкварссон, — усмехнулся брат, обернувшись ко мне. — Твои желания стали очень быстро сбываться.