Я оказалась не в силах поверить. Не в силах осознать. Не в силах… Но силы подняться со ступеней у трона, у меня все же нашлись.

А далее, мне оставалось лишь наблюдать за тем, как рушатся надежды на будущее сразу у двоих сильнейших магов королевства.

– Я, -поднявшись с трона, начал император, - Адаэлрон Мальгалард, девятый император великой империи Аларкад династии Эвердан, по праву первенства рождения и чистоты крови, объявляю своего старшего сына Кераернаэрана принцем императорской династии и наследником Великой Небесной Аларкад!

Обмороков стало меньше, но дыхание затаил, казалось, весь дворец.

– Встань, сын мой!
– приказ, коему следовало подчиниться.

И герцог… впрочем, уже принц, медленно поднялся.

– Я… - голос императора дрогнул, - рад, что этот день наступил. Я ждал его много лет. Очень много лет.

Каенар молча склонил голову, не говоря ни слова. Судя по всему, это решение далось ему крайне тяжело. Но был и тот, кому оно далось еще тяжелее.

– Сердце, - прохрипел магистр Берион.
– Мое сердце…

Однако всего один тяжелый взгляд монарха, и магистру удивительным образом полегчало. Не могло полегчать во всем тронном зале лишь одному человеку…

– Ты… -прошипел принц Эльтериан.

– Проявляй уважение к старшему брату!
– отдернул его император.

А после, вновь воссев на трон, приказал:

– За обман императора, интриги, и ложное обвинение целого города в мятеже, его высочество НЕ НАСЛЕДНЫЙ принц Эльтериан, приговаривается к семи дням заключения во Дворце Семи Снегов. Где будет пребывать в одиночестве, размышляя о собственных проступках. Аудиенция закончена. Старший принц, следуйте за мной.

Когда все покинули тронный зал, разбредаясь, словно жужжащий потревоженный улей, магистр Берион подошел ко мне, постоял рядом, мрачно наблюдая, как расходятся сиятельные придворные, и мрачно сообщил:

– Вот тебе и надежда рода…

Я молчала, потрясенная, как и все прочие вокруг.

– А я так надеялся, - сокрушенно продолжил магистр.

– Вы… ничего не знали?
– я все еще была не в силах поверить.

– Нет, -Бромир сложил руки на груди и выглядел мрачнее грозовой тучи, - мать Каенара, моя младшая племянница, скончалась в родах. Еще тогда император выразил желание позаботиться о ребенке, но наш род всегда был близок к императорскому, подобное стремление ни у кого не вызвало вопросов. Опять же - внешность, мальчик родился черноволосым и черноглазым, в то время как отличительной чертой носителей императорской крови являются золотые волосы и сапфировые глаза… Ну вот как у тебя. Но моя старшая племянница, герцогиня Риддан, взяла мальчика на воспитание, и так как в дальнейшем у нее не родилось своих детей, а супруг ее оказался тяжело болен, она и герцог официально усыновили Каенара, это было той причиной, по которой он обладал лишь именем, не указывая имя рода. По завершению учебы, Каенар должен был вступить в наследование герцогством, как Каенар Риддан, представитель двух величайших военных династий Аларкада... Я так ждал этого дня!

Боюсь, я уже ничего не ждала.

Помолчав, магистр еще более мрачно выговорил:

– Император развелся с императрицей Ссиль в год рождения Каенара. И в последующий брак вступил спустя год, после смерти моей наивной глупышки Алли… Вот, Проклятое Небо, вполне может статься, что этот брак был узаконен.

На этом ноги перестали меня держать, и я вновь опустилась на ступени, ведущие к трону.

Принц Эльтериан был рожден лишенной титула императрицей Ссиль спустя девять месяцев после развода. Император был вынужден признать сына, но не позволил бывшей супруге возвыситься вновь. Более того – женился снова. И во время свадебной церемонии своды этого дворца были потрясены проклятием бывшей императрицы, пожелавшей императору более не произвести на свет ни единого наследника. Проклятие сбылось - вступив последовательно в три брака, император Адаэлрон видел лишь рождение дочерей. Прекрасных, как сияние утреннего солнца, но только дочерей. Его единственным сыном оставался лишь условно законнорожденный Эльтериан…

До этого дня.

Если предположение магистра верно, и брак между императором и матерью Каенара был заключен, тогда… единственным законным наследником становится старший сын.

– Знаешь, мне нужно выпить, - категорично решил магистр Берион.
– Ты со мной?

Кивнув, я с трудом поднялась и последовала за магом, так же размышляя о том, что мне сейчас хотелось бы выпить.

Но едва мы покинули тронный зал, как магистр добавил:

– Теперь вся надежда на тебя, детка. Мне нужен ребенок. Один, по-тихому рожденный ребеночек. Здоровьем я еще крепок, а в Каенаре все равно течет кровь нашего рода, так что твой ребенок сможет стать нашим наследником. Как бастард будущего императора императорскому роду он не будет нужен, но вот нам более чем сгодится. Ис беременностью нужно поторопиться, малышка, в этом дворце забеременеть не так просто, как ты думаешь, иначе половина горничных ходила бы с пузом. Думаю, попытаемся сегодня. Должно получиться. Напьемся, отнесу тебя к Каенару, а дальше дело молодое, он на тебя глаз давно положил, а то, что новая внешность твоя ему не нравится, это мелочи – погасим свечи, а в темноте все кошки серы…

Я отстала у лестницы. Постояла, слушая бормотание удаляющегося магистра, и решительно передумала производить какие-либо возлияния спиртного в присутствии этого жаждущего появления объектов для передачи наследия человека.

Оглядевшись, я припомнила какой здесь ближайший тайный проход, способный вывести меня из дворца - а таковые имелись. Это много позже Эльтериан закрыл для меня все лазейки, но по началу, я несколько раз была близка к свободе. И если так подумать, то сбегать следовало, чем быстрее, тем лучше. Рассуди я так когда-то давно, возможно и вовсе ничего бы этого не было…

Впрочем…

Суассон в этом случае все равно был бы обречен. Как и вся императорская семья. А следом и империя…

Но теперь, спускаясь по внутренней лестнице дворца, противоположной той, по которой меня покинул магистр Берион, я понимала причины ненависти герцога по отношению к принцу Эльтериану, и по отношению ко мне. Всей правды непобедимый генерал Риддан не знал, и в его глазах я являлась преданной сторонницей Эльтериана, той, кто буквально прошел по крови членов его семьи, а ко всем принцессам Каенар всегда относился с теплотой и заботой, как и к их детям… Кто бы мог подумать?!