Зато Юстаф предпочёл обычный силовой захват и смог оттащить Ролана от несчастного северного герцога.

Тот, похоже, пришёл в сознание и даже умудрился высокомерно ухмыльнуться:

— Сдаётся мне, скоро кто-то перестанет быть рыцарем.

— Скорее кто-то перестанет быть герцогом, — жёстко сказал принц. — Ты обвиняешься в нападении на невесту и личного лекаря кронпринца. И до вынесения приговора будешь находиться в тюрьме.

Уинстон подхватил Дерека под руки и потащил к выходу. Дерек было дёрнулся, но вырваться не смог.

— Вас самих обманули! — закричал он. — Летиция не поможет справиться с порталом! И с твоим безумием, кузен, тоже!

— Из нас двоих безумен только ты, — ответил принц.

Он отпустил Ролана и помог Уинстону с Дереком. Из коридора ещё долго слышались крики. В комнате остались трое: я, Ролан и Вольф.

Энергия словно разом кончилась, мои ноги подкосились. Ролан поддержал меня, и, не дав упасть, обнял. Я мягко ему улыбнулась и положила голову ему на плечо.

— Ты, отойди от неё, — вмешался Вольф.

Он хотел взять меня за плечо, но Ролан не дал, отбросив руку Вольфа.

— Отойди и дай осмотреть Летицию.

Я мягко отстранилась от Ролана и повернулась. Рыцарь продолжил меня придерживать.

— Всё в порядке. Всего пару синяков, больше Дерек не успел ничего сделать.

— Ублюдок, — гневно прорычал Вольф, с беспокойством скользя взглядом по моей щеке и подбородку.

Я всё ещё дрожала, но медленно успокаивалась. Вольф осмотрел меня, задержал взгляд на руках Ролана на моей талии, а потом потом вопросительно посмотрел меня. Увидев, что я не протестую, он сжал кулаки и поджал губы.

— Уже поздно и леди нужно отдохнуть, — прожигая Вольфа взглядом, сказал Ролан.

— Согласен. Думаю, тебе стоит уйти, — ответил Вольф.

Атмосфера вдруг стала напряжённой. Я чувствовала, как напряглись мышцы Ролана, и видела, как в руках Вольфа дымком скапливалась магия. После событий в лабиринте и нападения Дерека мне безумно хотелось тишины и покоя. Если эти двое начнут перепалку, я не выдержу.

Я открыла рот, чтобы сказать им это, но меня прервал неожиданно громкий звук снаружи. Кто-то трубил на одной тревожной ноте и вскоре к нему присоединились ещё несколько.

В комнату, лишь формально постучав, ворвался слуга.

— Вот вы где! — обратился он к Вольфу. — Молодой господин, вы нужны нам. Демониты окружают замок! Их столько, что мы можем не справиться.

Глава 28

Ролан с Вольфом переглянулись и кивнули друг другу.

— Летиция, подожди здесь, — Вольф подвёл меня к кровати.

— Леди, я скоро вернусь, — Ролан коснулся губами моей руки.

И они оба направились к двери. Быстро эти двое спелись!

— Я с вами! — и не подумала оставаться.

Нема наверняка говорила именно об этом тогда, в пещере. И богиня уже позвала помощь. Мне было интересно посмотреть, кого. Кто бы мог услышать богиню, кроме меня?

— Летти, даже не думай, — нахмурился Вольф.

— Энн, последи за госпожой, — негромко сказал Ролан.

Дверь хлопнула, закрывшись за ними. Энн появилась словно из воздуха рядом со мной.

— Как давно ты здесь? — вздрогнула я.

—Только что пришла, — отрапортовала Энн.

То есть, она тоже не знала, что происходит снаружи. Жаль. Надо уговорить Энн выйти из комнаты и осторожно посмотреть.

— Госпожа, я видела, что принц жив. Мне убить его? Сейчас как раз подходящий момент.

Энн говорила словно о надоедливой мухе. А у меня холодок пробежал по спине. Юстаф, Амалия и Юми будут мне должны! Сколько раз я спасала принца от смерти тем, что просто отказывалась от вот таких вот предложений.

— Не надо, Энн. Я сама разберусь, — твёрдо ответила я. — Лучше сходи и узнай, как там дела с демонитами вокруг замка.

— Мне велено следить за вами, — опустила она голову.

— Так в итоге на чьей ты стороне?

— Это опасно для вас, — упрямо повторила она.

— Тогда пошли вместе? — с надеждой спросила я. — Мы будем осторожны.

— Поймаем кого-то из слуг и спросим, — решила Энн.

Ну, хоть так. Я проверила первый кинжал, а когда вышла в коридор, нашла второй. Посчитав, что готова к неожиданностям, направилась вперёд по коридору. Сперва мы подошли к окнам и попытались что-то разглядеть. Потом спустились на первый этаж. Стало понятно, что дело плохо.