Возможно, я заметил бы рубинового в таком море энергии, но сейчас он скрывался.

— Впечатляет? Этот тип заклинаний называют «завесой».

— Обычным зрением я вас не увижу. Волшебным — тоже. Давайте я просто ветром сдую эту занавеску?

— Можно. Но лучше использовать стихию земли. Правда, у тебя нет подходящих заклинаний. Но ты можешь попробовать вычерпать океан ложкой, — раздался голос слева.

Я резко развернулся в эту сторону, и кто-то похлопал меня сзади по плечу. Естественно, это оказался Змей.

— Все еще сомневаешься? — ехидно спросил он. При этом его голос звучал с другой стороны.

— Если маги идут в штыковую, то они бездарно тратят свои последние минуты жизни, — процитировал я генерала Камета.

— Сказал Маркус Кайлас, за последние полгода зарезавший двух магов. Опять же Адриан говорил про штыки, а не заклятия ближнего боя. Все еще сомневаешься?

— Не обижайтесь… наставник, но я пока не впечатлен. Да, туман позволит застать противника врасплох или сбежать. Но пару дней назад он бы нам не помог. Они просто выжгли бы ту поляну огнем. Копье лучше стилета.

— Я не предлагаю заменить одно на другое. Учить тебя я буду по обоим направлениям. Что до твоих претензий — они обоснованы. Мастеров школы стилета мало. Им нужно владеть и боевой магией, и целительской. Догадайся почему?

— Нужно находится в состоянии «невидимости» долго?

— Оно называется «штилем». Но это половина ответа. Вторая половина — ментальная магия. Туман, песчаная буря, буран или пожар — все это лишь приправы. Иллюзии, эмоциональное подавление, сводящий с ума шепот в голове — вот основное блюдо.

Сайрус щелкнул пальцами, развеивая заклинание. Поймав мой недоуменный взгляд, он пояснил:

— К сожалению, я этим не владею. Человек другого склада ума. Поэтому эта школа в моем исполнении выглядит посредственно. Но ты, Маркус, способен на гораздо большее. Загнать противника в ледяной шторм, подавить эмоционально, запутать иллюзиями, влезть в голову, а потом незаметно подойти и ударить в спину. Поверь мне, немногие маги способны выдержать такой напор. Но для этих стоиков у тебя всегда будет копье.

— Хорошо. С чего начнем?

Начали мы, по традиции, с эфира и коэффициента полезной трансформации.

У Луны оказалось сто пятьдесят единиц резерва и КПТ в сорок пять.

У меня — восемьдесят и тридцать соответственно.

— Дойти до сорока единиц трансформации можно и на первом курсе. А вот резерв развивается гораздо медленнее, каждый эфир дается тяжелее предыдущего, — пояснил Сайрус. — Итак, сейчас мы с Луной займемся отработкой вторичных стихий. Маркус пока будет тренироваться с накопителем. Только не переусердствуй, Кохорн хорош, но не чудотворец. Через час меняемся.

В таком темпе мы и тренировались до обеда. Сайрус занимался с Луной стихией света, а со мной — основными. Узнав чему и как меня учил Омен, ван Нормайен с невозмутимым лицом произнес такую тираду, что у меня уши в трубочку свернулись. Моя девушка тоже удивилась.

— Вернется, мы серьезно поговорим.

«Судя по голосу, кого-то кастрируют» — рассмеялся Янус.

На обед нам дали час. Правда, на еду мы потратили только десять, остальное время мы просто сидели и смотрели в пустоту.

Удивительно, но за несколько часов ван Нормайен выжал из нас больше, чем Александр. И не сказать, что он просто загонял нас. Нет, он просто учил по-другому. Было сложнее, но понятнее, теперь мне не нужен переводчик для каждого объяснения.

И Змей сразу же указывал на ошибки, а не ждал пока я их сам замечу и попрошу о помощи. Мелочь, но это существенно экономило время.

С обеда до ужина мы с Луной отрабатывали воздух. Так как эта стихия относилась к нашим «любимчикам» проблем не было. Правда, под конец тренировки пришлось восстанавливать резерв из накопителя, а потом наполнять их.

— Прекрасно. Следующая тренировка завтра в девять. Советую хорошенько выспаться. Сейчас у меня есть свободное время, поэтому я займусь вашим обучением вплотную.

Когда ван Нормайен отошел на приличное расстояние, Луна спросила:

— То есть он будет зверствовать как Омен, когда застукал нас обнимающимися на тренировке?

— Когда ты это сказала, его энтузиазм приобрел нездоровый оттенок, — хмыкнул я. — Завистник!

Луна хихикнула.

— Возможно. В любом случае, ему для полного счастья не хватало только романа учеников. Что мы ему и обеспечили.