— Присаживайтесь, — мужчина откинулся назад на спинку кресла так, что тень почти полностью скрыла его лицо.

Сопровождающий хранитель низко склонился перед своим главой и указал гостям на два стула напротив. Молодой человек подвинул сиденье для девушки, и, только когда она присела, сам устроился рядом.

— Господин, — хранитель подошел к столу и протянул скрепленное печатью старейшины письмо.

— Ну, что же, посмотрим, что он задумал, — задумчиво произнес ректор и вскрыл печать.

Мужчина медленно читал, смакуя каждое слово, стараясь не пропустить главное в этом послании. Пауза затянулась, но гости сдержанно ожидали и не выказывали признаков нетерпения.

— Ну и ну! — наконец сказал мужчина, и в его голосе можно было уловить искорки веселья, — кто бы мог подумать!

Ректор резко встал со своего места и прошелся по коридору. Хранитель вежливо отступил в сторону, а молодые люди сидели не шевелясь.

— Так-так, как бы нам это лучше обстряпать?

Глава академии наклонился довольно близко к своим гостям и внимательно посмотрел на них. Темные глаза мужчины, казалось, видели насквозь, проникая в самые потаенные уголки души.

— Вы не похожи на тех, кто может справиться с подобным поручением, — ухмыльнулся он, — однако, бывают и исключения. Мне было бы любопытно понаблюдать за вами, детишки.

Молодой человек не выдержал и скривился. Мужчина, видимо, того и ожидал, поэтому злорадно улыбнулся и повернулся к девушке. Та была, на удивление, спокойна и уравновешенна, довольно дружелюбно смотрела на ректора и скромно молчала.

— Хм, из тебя может и выйдет толк, девочка, твой друг довольно импульсивен. Присматривай за ним.

Девушка слегка кивнула, соглашаясь со словами мужчины и слегка коснулась руки молодого человека, немного успокаивая.

— Итак, приступим к делу. Вы должны изменить имена, забудьте, как вас звали. Придумаем для вас кое-что другое.

Ректор пристально посмотрел на юношу, оценивая, и взвесив увиденное, принял решение.

— Молодой человек родом из провинции, семья небедна, но и не богата, отец — бывший хранитель, скончался, ребенок воспитывался матерью. Теперь пришла очередь наконец-то бросить материнский подол и пойти по стопам предков, поэтому вы здесь, уважаемый, мм, господин… Дан. Да, пусть так и будет.

Энки лишь пожал плечами, подробности его не интересовали.

— Теперь ваша очередь, госпожа.

Эрра слегка поежилась. Этот человек вызывал у нее смешанные чувства. Уважение и боязнь. Очевидно, что он совсем не прост, но ведь это и не удивительно, раз он занимает подобную должность.

Ректор ласково улыбнулся ей, и девушка на миг потеряла самообладание, уж слишком резкой была эта перемена в поведении.

— Госпожа Эна из столицы, получала домашнее образование, старшая дочь семьи, особыми талантами не отличалась, поэтому на семейном совете было принято решение отправить вас на учебе в элитную академию, дабы пробудить спящие силы или, как минимум, завязать стоящие знакомства.

Ректор очень веселился, а девушка выглядела опечаленной.

— Неужели госпожу обидела моя нелестная трактовка?

— Нет, господин ректор, — девушка прямо посмотрела в глаза мужчине, — меня волнует другое. Церемония посвящения была не так уж и давно, не говоря уже о церемонии погребения. Там были ведь все представители клана, нас совсем не трудно узнать. И изменение имени здесь не поможет.

Ректор кивнул:

— Вы, несомненно, правы, моя госпожа, однако хранители обычно не присутствуют в полном составе на подобных действах. От нашей гильдии отправляются представители и только. Мы очень заняты, видите ли.

Юноша неловко поерзал. Ему казалось, что его вытеснили из разговора, и ощущение, что он здесь лишний немного задевало его.

— Но ведь кто-то из хранителей был в главном доме после…

— Ах, вы про эту неумелую попытку напугать нового старейшину! Лишь адепты старших курсов, не более того. Мы примем некоторые меры, чтобы вы не столкнулись, но все же кое-какие изменения произвести стоит.

Мужчина медленно, по-кошачьи, приблизился к девушке и слегка склонился к ней, не обращая внимания на раздражение сидящего рядом молодого человека.

— Ваши волосы, моя госпожа, так прекрасны, — в глазах ректора девушка уловила какую-то грусть, но распознать, что именно ей показалось, она не смогла. Мужчина быстро отвернулся и присел за стол.

— Сейчас вас проводят в свои комнаты и выдадут соответствующую вашему новому статусу одежду. Учитесь добросовестно, вас никто не будет защищать, вы лишь одни из многих и многих, и присутствие в стенах этого заведения еще надо заслужить. Я не знаю вас, а вы не знаете меня. Я не помогу вам ни словом, ни делом.