Шрифт:
— Со мной все будет в порядке, Каро. Действительно хорошо.
Сойер издал вздох удивленного смеха, и я повернулась к нему.
— Я что-то упускаю?
— Если ты ждешь, что я почувствую какую-то семейную вину, ты ее не найдешь. Аттикус сумасшедший. Мы бы оказали миру услугу. — Гас провел рукой по волосам. — На самом деле, меня устраивает этот план.
Конлан посмотрел на Гаса, выражение его лица было задумчивым.
— Значит, это правда? Бухгалтер — это твоих рук дело?
Гас потер ладонями бедра, чувствуя себя неуверенно, впервые за… ну, все время.
— Он сам напросился. — Он посмотрел вниз, на свои ноги. — Кроме того, у него был рак. Это был жест доброй воли.
О мой Бог.
Черт возьми.
Я не думала, что Гас на это способен.
В его голосе звучала мука, которая могла бы разбить сердце, если бы Гас всегда не был ужасным лжецом. Что-то было не так в его рассказе, но я не могла понять, что именно. Он поймал мой пристальный взгляд и надел маску на лицо, сделав его ничего не выражающим.
Обсуждение окончено.
Гас был гораздо большей загадкой, чем я когда-либо думала о нем.
Сойер наклонился вперед, возвращая нас к сути.
— Мы наконец-то уберем Аттикуса.
Остальные из нас одобрительно кивнули.
— Это будет нелегко, — добавил Конлан.
В этом он был прав. Аттикус ожидал бы этого, предвосхищал это. Он бы выставил защиту и глубоко спрятался. С восстановлением братвы на горизонте и возможностью стать героем, который вернул ее к жизни, он сделает все возможное, чтобы остаться в живых. Злое предвкушение пронзило меня насквозь, шипя в моей крови и пронизывая до костей. Его и раньше щадили из-за его положения в братве, из-за его семейных уз, потому что он был подлым сукиным сыном, который жестоко отомстил бы, если бы что-то пошло не так.
Было слишком поздно беспокоиться о причинах и логике и двигаться дальше. Пришло время покончить с этим. Пришло время попрощаться с братвой раз и навсегда. Похоронить призраков, которые должны были остаться мертвыми.
Они не должны были забирать у меня Сойера. И они не должны были похищать мою дочь. Пришло время доказать им всем, что я действительно принадлежу этому миру.
Встав, стремясь поскорее покончить с этим, я сказала:
— Самое время.
Глава 17
Мы покинули дом ирландской мафии и отправились обратно в центр города на такси. Всю дорогу мы втроем молчали. Было слишком много о чем поговорить, слишком многое нужно было сказать. И в то время как Сойер и я, казалось, преодолели несколько проблем, Гас был на противоположном конце спектра.
Когда я прощалась с Конланом, краем глаза я наблюдала, как Сойер пытался поговорить с Гасом, но Гаса не интересовало то, что Сойер хотел сказать. Он вышел из комнаты. Мы нашли его на крыльце с другим телохранителем, когда вышли на улицу.
Мне было жаль Гаса, потому что я могла понять его. Я знала, каково это — думать, что ты понимаешь человека, а потом обнаруживаешь, что это не так. Вообще. Я также особенно хорошо знала, каково это — быть жертвой манипуляций и секретов Сойера.
Разница между мной и Гасом заключалась в том, что Сойер тоже был жертвой моей лжи и обмана. А Гас был никем иным, как верным и честным.
— Я возьму это такси и вернусь к себе домой, — сказал Гас, когда мы приблизились к квартире Сойера.
В голубых глазах Сойера что-то вспыхнуло. Я подумала, что это сожаление, но его было невозможно прочитать, особенно в темноте.
— Ты уверен, чувак? Мы могли бы поговорить о…
Гас покачал головой.
— Все в порядке. Я приду завтра. Тогда ты можешь ввести меня в курс дела.
— Хорошо.
Гас сидел впереди рядом с водителем, поэтому я скользнула вперед и положила руку ему на плечо.
— Эй, если ты когда-нибудь захочешь обменяться историями о войне, я здесь для тебя.
Он сбросил мою руку, и я отпрянула назад. Я хотела поднять ему настроение, поддразнивая его, но, казалось, это только ухудшило ситуацию.
— Да, ты здесь. После того, как мы сами нашли тебя.
Черт.
Он покачал головой взад-вперед.
— Кэролайн. — Он выдохнул так, что я могла сказать, что он пытался взять себя в руки. — Послушай, со мной все будет в порядке. Мне просто нужно немного времени, хорошо?
Сойер и я оба ответили одинаково сокрушенно:
— Хорошо.