Кто-то позвонил и бросил трубку. Возможно, Таня хотела поговорить, но услышав мой злой голос, не решилась.

Надо перебрать свои рассказы, отобрать лучшие, но нет сил, хочется спать.

На работу пошёл в красной рубашке, в ней и проработал весь день. Видел Таню три раза, она ведёт себя странно. Хочет быть на виду. Надела то платье, которое мне нравится. Но я держусь независимо. Разговаривал с Юрием Ивановичем о театре, о режиссуре и тут она подбежала к нам. Я сразу же попрощался с Юрием Ивановичем и ушёл.

Дали деньги в размере восьмидесяти семи рублей. Следом за мной зарплату получала Саша Рубцова. Я сказал кассирше, чтобы она её обсчитала, поскольку девушка злая и обидчивая. Несмотря на серьёзность моего тона, обе поняли шутку.

Мышцы не перестают болеть. Занятия пантомимой дают о себе знать. Взял бумагу для печати на машинке. После работы поехал на Люсиновскую, дом тридцать шесть дробь пятьдесят. Хотел взять напрокат пишущую машинку. Пункт проката закрыт.

Вернувшись домой, сбегал в библиотеку. Сдал книгу Николая Васильевича Гоголя, взял новеллы Стефана Цвейга. Звонил Женьке, с ним не получилось поговорить. Звонил Артёму, его жена сказала, что он будет завтра с утра. Перед сном засел за книги и прочитал «Письмо незнакомки» Стефана Цвейга. Саня Якимов, восторженная душа, рекомендовал мне этот рассказ. Но мои ощущения от прочитанного похолоднее и посуше. Против Достоевского и Толстова — пигмей.

Был короткий рабочий день. С утра Толя с Колей занялись уборкой. Я в компании начальника отдела и профорга пошёл поздравлять людей. Каждому вручали грамоту и открытку с поздравлением. Я поздравлял от лица комсомола и от себя лично.

Играли в домино. Мы с Борисом против Толи и Коли, — две партии из трёх выиграли. Начальники на нас очень злились. С утра по местному радио играла музыка, пели известные певцы по заказам трудящихся. Отпустили с работы в двенадцать тридцать. В считанные минуты мы собрались и покинули работу.

Я съездил в кинотеатр «Россия», хотел попасть на фильм Рязанова «Забытая мелодия для флейты». Который день картина идёт по кинотеатрам, а я её ещё не посмотрел. И опять осечка, — билетов нет. Позвонил домой, узнал, взяли ли в прокат печатную машинку? Нет, не взяли. Пришлось ехать в прокат самому. В прокате на улице Самотёчная, печатные машинки плохие. А вот на улице Мытная, в новом «Прокате», взял новую машинку с красивым названием «Любава». Привёз домой и сразу попробовали печатать.

Напечатал с маминой помощью несколько маленьких рассказов. Не представлял, что диктовать будет так трудно, — ругался с родительницей в процессе печатания. Мама печатает медленно и постоянно переспрашивает и при этом всё равно ошибается. Самые крохотные вещи напечатали с большим трудом.

Пришла сестра, села за машинку, хотела перепечатать один рассказ. Но сил не хватило. А хватило сил только на то, чтобы раскурочить машинку.

Вечером звонил Генка Стручков, сказал, что ждёт меня завтра в шестнадцать часов у Лены Кублицкой на квартире. Я обещал прийти.

Звонил Артёму Хрякову, поговорили насчёт его трудоустройства. Он дал предварительное согласие. Звонил Женьке, с ним беседовали о жизни.

Перед сном читал Юлиана Семёнова «Экспансия-3». Причём, ни с первой, ни со второй «Экспансией» я не знаком.

Семьдесят лет Октябрьской революции. Большая дата. Утром смотрел парад на Красной площади. Рядом с Горбачёвым стояли Громыко, Шеварнадзе, Рыжков, Хонеккер, Фидель Кастро, Ерузельский. По площади шли революционные балтийские матросы и неслась кавалерия Будённого. Это было театрализованное представление.

Глядя на будённовцев, слёзы покатились из глаз, будто и сам я служил в первой конной и теперь вспоминаю свою далёкую бурную молодость. Музыканты играли марши 20-30-х годов. Атмосфера была живая. До похода в гости я решил всё же заняться делом. И мы с мамой успели напечатать два рассказа.

Взяв с собой бутылку сухого вина «Васисубани», я отправился к Кублицкой. На квартире у Лены собралась наша студия и избранные люди из Народного театра при ДК им. Горбунова. Два Валерия, знакомые мне, Генка Стручков с женой, хозяйка, Ирина Кукушкина с братом, Саша Чульжанов и Саша Баранов. Праздник отмечали по-настоящему. Я не хотел идти, думал будет скучно, но мои опасения не оправдались. Саша Баранов пел песни Розенбаума, лучше автора-исполнителя. Пели песни и два Валеры, они же показывали пантомиму.

Кроме гитары, я с большим удовольствием слушал записи на магнитофоне. Выпил водки и сухого вина. Уехал из гостей чуть ли не полпервого. Меня провожал Саня Чульжанов. Всё было изумительно.

Всё в голове перемешалось, я перепутал дни и думал, что сегодня суббота. С утра печатали, но мало. Мама с сестрой поехали в Щербинку, на могилу к отцу.

Я позвонил Женьке, и мы отправились в кинотеатр «Звёздный», на картину «Неожиданный наследник».