Наконец, на другом конце телефонной линии раздается торопливый голос.

– Банк ****, чем могу помочь?

Саша снова вздрогнула от неожиданности и даже чуть телефон не выронила.

– Здравствуйте, я хотела бы узнать, оплачены ли мои билеты… – хрипловато пробормотала она с задержкой.

От длительного молчания у нее пересохло во рту.

– Когда была операция? – спросила служащая банка.

– Сегодня, – Саша задумалась, – несколько часов назад.

– Срок осуществления операции – до трех суток, – раздалась заученная фраза.

– Но у меня через два часа вылет…

– Простите, больше ничем помочь не могу. У Вас есть другие вопросы?

– Нет…

– Тогда желаю Вам удачи и хорошего дня! Спасибо, что выбираете ****!

Саша в растерянности опустила руки. По щекам потекли слезы.

– Не плачь, любимая, – великодушно сказал Матиас, – может, прошла оплата, сейчас узнаем.

Он обнял ее, но Саша вывернулась: противно стало от его телячьих нежностей.

После этого до самой стойки регистрации они не проронили ни слова. По крайней мере, вслух. Про себя Саша молилась: «Отпусти меня, Буэнос-Айрес!»

Когда настал момент истины, она дрожащими руками протянула паспорт измотанной девушке на стойке регистрации.

– Багаж? – устало спросила сотрудница аэропорта.

– Один чемодан и ручная кладь, – ответила Саша.

Облегчение, которое она испытала, нельзя было сравнить ни с чем. Какой там секс после воздержания! Вот они, чистые и яркие эмоции, какие только могут быть.

Город отпустил Сашу. Она немного потомилась еще в терминале аэропорта перед вылетом, выпила кофе, покормила Матиаса, прошла на борт самолета, села у окна, достала AirPods и включила на телефоне заслушанное танго в исполнении Анхеля Варгаса.

Debo alejarme de mi tierra tan querida,

Debo alejarme, sangrando el corazon,

Como el poeta he de decir en mi partida:

Adios Buenos Aires, amigos adios.

Самолет начал взлетать. На часах была полночь.

В Старом Свете начинала победный марш новая зараза, но танго еще только готовилось уйти на бессрочный простой.

– Мне написала подруга из Италии, предлагает вести мастер-классы, – заявил Матиас Саше.

Он уже месяц жил и питался за ее счет и, очевидно, тяготился от безделья и безденежья.

– Ну, ты можешь вести уроки и тут, – осторожно ответила Саша, – возможностей достаточно.

Но Матиас пропустил это замечание мимо ушей и все равно улетел в Рим к жгучей брюнетке с томным взглядом черных глаз – должно быть, пресытился северной экзотикой.

Саша почти равнодушно изучила ее профиль на фейсбуке 16 и купила «возлюбленному» билет в один конец до солнечного сапога. Скатертью дорога, любимый, скатертью дорога…

Когда Женя вернулся с добычей, предусмотрительно запрятанной в пакет, Алиса все еще в задумчивости накручивала локон на палец.

– Эй, все хорошо? – встревоженно поинтересовался Женя.

– Да, просто вспомнила одну историю из танго и жизни.

– Надеюсь, со счастливым финалом?

– Ну как сказать… Как и положено в танго – все сложно, – улыбнулась Алиса, принимая из рук добытчика трофеи.

– Это звучит как тост, знаешь? – промолвил Женя все еще настороженно, но уже с улыбкой.

Они зашуршали пакетиками, открутили крышечки у микробутылок. Алису особенно порадовала россыпь крошечных, на один укус, разноцветных макаронов.

– Так выпьем же за то, чтобы и сложности приносили удовольствие! – на грузинский манер провозгласила она.

– Ну и за знакомство, – поддержал ее Женя.

Повисло немного неловкое молчание. За окнами в очередной раз полыхнула молния.

– Итак, пятнадцать лет в танго, – произнесла Алиса уважительно, – странно, что я о тебе совсем не слышала…

– Ну, я ведь не преподаватель, не диджей… Танго у меня для души. С моей работой не всегда есть возможность вырваться на милонгу. Про фесты с марафонами вообще молчу. По крайней мере, последние лет пять или около того живу в таком режиме. Так что нечему тут удивляться.

Алиса на некоторое время задумалась о перспективах собственного танго. Затем посмотрела в окно, где все еще бесновалась стихия.

Погода ясно дала понять, что они застряли надолго.

Приняв этот факт, Алиса скомкала бумажный пакетик и снова заговорила.