задирающихся гриффиндорцев и бесед Рона с семьей. Самое интересное, что оба старших

брата поддержали Рона и назвали его настоящим мужчиной, который может принимать

ответственные решения. Постепенно дело шло к примирению в семье Уизли. Молли, наконец, смирилась с выбором сына и его мнением. Они долго разговаривали, и младший

сын четко обосновал перед ними свои позиции. Конечно, им не нравилось то, что он

постоянно находится рядом с девушкой, отмеченной меткой, но поделать с этим уже ничего

не могли.

– Рон, она – пожирательница, - закричала Молли.

– Мама, неужели, ты действительно настолько глупа? – вздохнул парень, взглянув на нее. –

Ну, хоть иногда, шевелите своими мозгами, а. Ничего не происходит просто так. В эту войну

втравили детей. Мама, детей! Неужели, ты думаешь, у кого-то из нас был выбор тогда? Нам

же с самого детства вбивали в голову, что хорошо, а что плохо. Вы передали свои проблемы

нам, и нам пришлось с ними разбираться. Не вам, а нам. Эту войну выиграл Гарри, парень

семнадцати лет. Никому особо не пришло в голову, что он ребенок, одинокий и забытый. И

что теперь? Вы его похоронили, поплакали и все. Хоть кто-нибудь из вас за эти полгода

побывал на его могиле? – Рон обвел своих родных взглядом. Те потупились. – Вот видите, -

обречено произнес он. – А вы знаете, что все цветы, которые постоянно лежат на его

могиле, принесены слизеринцами?

– Что? – ахнула Молли.

– Они не такие плохие, как вам кажется. Они ведь прекрасно понимают, от чего их спас

Гарри. А вот вы забыли, - Рон отошел к окну. – Я не хочу ничего слышать по поводу моих

отношений с Панси. Она прекрасная девушка, как и Саломея. Сал – светлый и очень чистый

человечек, настоящий. Она такая же как Гарри. Вы просто не хотите этого видеть. А зря, -

Рон повернулся. – Я собираюсь сделать предложение Панси. Это мое окончательное

решение. Я буду воспитывать сына или дочь Теодора Нотта, как своего, но он будет знать о

своем отце все, и мне не важно, кем он был и на какой стороне воевал. Дети не отвечают за

родителей. И я постараюсь сделать все, чтобы эта истина стала понятна всем, и не просто

понятна, а начала действовать. За прошлый год, когда мы втроем охотились за хоркруксами

и постоянно были в опасности, я многое понял. Понял, что мир не может быть таким

однобоким, как нам его представляют, что люди не бывают только плохими и хорошими…

– Что ж, сын, это твое решение, - произнес Артур, когда Рон на секунду остановился. – Ты

взрослый и сам можешь понять, что тебе делать. Министерство наградило тебя и ты теперь

довольно обеспеченный молодой человек. После школы, как я понимаю, ты пойдешь в

авроры? – уточнил он в конце.

– Я навоевался на всю оставшуюся жизнь, - произнес Рон. – Нет, в школу авроров я не

пойду. Я займусь юриспруденцией.

– Эмм, - вся семья уставилась на него в шоке. Это было более чем неожиданно. Да, конечно,

они знали, что в этот года Рон показывает просто выдающиеся знания и способности, но его

решение было для них очень неожиданным. Были они удивлены и его уходом из команды, но задавать вопросов не стали, боялись спугнуть установившееся перемирие. Они

понимали, что им надо смириться с выбором сына, с тем, кем стал их сын. Артур смотрел в

спину Рона, который шел по коридору в сторону лестницы. Он знал, что тот сейчас

отправится в слизеринскую гостиную, туда, где была его девушка и друзья. «Он вырос, слишком быстро и слишком страшно», - подумал он. – «Ему досталось больше, чем всей

нашей семье вместе взятой. Мы ведь так и не поняли, через что им пришлось пройти –

Гарри, Рону и Гермионе. И, наверное, никогда не поймем».

Рон шел по коридору, сердце как-то непонятно кололо. После этой, уже очередной встречи

с родителями у него остался нехороший осадок, хотя она и закончилась лучше, чем все

остальные. Рон понимал, что прежних отношений у него с семьей уже не будет никогда, но

все же был рад, что из состояния войны они вышли. Рон повернул не к гостиной Слизерина, а к комнатам декана данного факультета. Ему надо было поговорить со Снейпом.

– Мистер Уизли? – полувопросительно посмотрел на него зельевар, несколько удивленный