– Мои дела хорошо, а как ваши дела? Что-то вас не видно?

Не участвуете в наших собраниях, до сих пор не были в нашей артели?

– Некогда было. Отлучался из дома, уезжал, - смущенно ответил Шадман-ходжа.

Хамза внимательно посмотрел на старого человека. Это был отец Санобар. И какое-то теплое чувство шевельнулось в груди у Хамзы.

– Шадман-ака, давайте зайдем ко мне, посидим, поговорим по душам. Зульфизар заварит нам крепкий чай, приготовит чтонибудь вкусное. Пойдемте, гостем будете.

Шадман-ходжа не знал, как быть. Он еще не успел принять какого-либо решения, а Хамза уже вел его к себе.

Пришли. Вошли в комнату. На кровати лежало что-то завернутое в газету.

– Куда же ушла Зульфизар?
– удивился Хамза.

В комнате был какой-то странный беспорядок. Хамза забеспокоился, открыл завернутое в газету - паранджа!

– А где Зульфизар?
– с еще большим удивлением спросил Хамза как бы сам у себя.

Шадман-ходжа, стоя у входа, наблюдал за ним.

– Ах, да!..
– вспомнил вдруг Хамза.

Он вынул из кармана конверт, нетерпеливо разорвал его, достал сложенный вчетверо лист бумаги, развернул...

Быстро пробежал глазами по строчкам. Рука с письмом невольно опустилась.

Зульфизар писала: "Хамза-ака! Мой дорогой, мой любимый!

Я уезжаю в Коканд, оставаться в Шахимардане боюсь. Я знаю, что вы любите меня, и верю, что мы будем вместе. Если любите, как раньше, приезжайте скорее... Хамза-ака, поверьте мне, дорогой! Вам нельзя больше оставаться в Шахимардане. Встретимся, поговорим, подумаем, как нам жить дальше. Ваша Зульфизар".

Хамза сидел грустный.

– Что-нибудь неприятное случилось, сынок?
– с участием спросил Шадман-ходжа.

– Да нет... Я просто забыл, что сегодня Зульфизар должна была поехать в Коканд.

– Не надо, сынок, - вздохнул Шадман-ходжа.
– Твоя жена Зульфизар уехала в Коканд без твоего разрешения. Она боялась здесь жить, об этом знали многие... Послушай меня, старика, хотя я и сам не знаю, нужно ли мне говорить тебе это... Ладно, скажу, ты хорошо относишься к Санобар.

Хамза рассеянно взглянул на старика, кивнул головой:

– Говорите, эта.

– И ты тоже уезжай, сынок. Скорее уезжай отсюда... Еще до твоего прибытия шейхи начали точить камни гробницы против тебя. Они знали о твоем приезде заранее. Кто-то сообщил Исмаилу из Самарканда... Я знаю обо всем. Это страшные люди.

Настоящие разбойники... Шейх Исмаил способен на все... Да ты сам знаешь это, мне ли говорить тебе... Пока еще не поздно, уезжай, побереги себя.

– И вы хотите, чтобы я уехал, - печально усмехнулся Хамза.
– Почему так много людей хотят этого?

– Да, тебе надо уехать.

– Но почему?

– Уезжай, сынок! Остальное тут доделают без тебя...

– Сейчас нельзя, рано еще, - заскрипел зубами Хамза.
– За ваш совет я вам благодарен, эта. Я действительно скоро отправлюсь, но сначала должен завершить здесь свои дела.

Хамза посмотрел на Шадмана. Поймет ли он, что нужно будет рассказать другим то, что он сейчас услышит?.. Поймет. Санобар поможет.

– Помимо всех- прочих дел, ата, я занимаюсь здесь еще и музыкой. Пишу оперу. В Шахимардане хороший воздух, легко дышится... У меня больные легкие, а здесь очень хорошо работается. Вы знаете, что такое опера?

Старик отрицательно покачал головой.

– Это такая большая песня для многих людей. Ее поют в театре, играет оркестр, очень много музыкантов... У нас, узбеков, оперы еще нет, мы учимся у русских, как нужно ее создавать.

Вот я и хочу написать здесь первую узбекскую оперу...

Рассказывая, Хамза поднялся, несколько раз прошелся по комнате, навел порядок. Узелок с паранджой положил около двери.

– В Шахимардане многие не знают, что я пишу музыку.

Думают, что я приехал только для того, чтобы ругаться с шейхами и раскулачивать баев. А про то, что я еще и лечусь здесь, вообще не знает никто. Вам первому говорю.

Шадман-ходжа кивнул - он все понял.

– Ата, когда вы намерены вступить в артель?
– вдруг спросил Хамза.

Отец Санобар удивленно посмотрел на него - он не привык так быстро менять тему разговора.

– У меня нет своей земли, чтобы добавить ее к артельной.

Как я вступлю? Меня будут упрекать в том, что я сажусь около чужого котла.

– Никто вас ни в чем упрекать не будет. Я обещаю... Не думайте об этом и не беспокойтесь. Земли хватит всем! Отберем всю землю у баев и шейхов!