— Когда-нибудь я отправлюсь с тобой, и мы вместе будем сражаться против врагов мастера Мельдорфа, — с воодушевлением произнёс Хэл, выставив меч прямо перед собой.

— Не сомневаюсь, что этот день настанет, — с улыбкой ответил Абра. — А теперь беги в дом, иначе мастер Мельдорф шкуру с меня снимет.

Сказав это, Абра развернулся и побрёл в противоположную сторону.

Вот так… единственный человек, который понимал его, с которым они подружились, если это можно назвать дружбой, покидает его.

Хэл смотрел ему в спину, пока его силуэт не растворился в ночи.

Ему и в самом страшном сне не могло присниться, при каких обстоятельствах они встретятся в следующий раз.

Никогда не обучал. Что ж, придётся перепробовать всё, что он умеет…

С помощью интерфейса он вызвал список своих умений. Среди них были заклинания для того, чтобы на короткое время скрыть себя от чужих глаз, для вызова огня, для контроля над ветром, и другие, совершенно разных степеней полезности. Но под данное дело не подходило ни одно. Не говоря о том, что все они у Хэла если и выходили, то очень слабо.

Ученик краем глаза огляделся. Волхв с ничего не выражающим лицом наблюдал за Хэлом. Дядюшка Пиппено смотрел с надеждой.

— Ничего нет… — вымолвил Хэл спустя какое-то время бесполезного изучения своих навыков с помощью интерфейса.

— Скажи громче, — потребовал волхв.

— Я не могу выполнить поручение, мастер.

— Очень жаль, — хмыкнул волхв и повернулся к старцу. — Что ж, придётся мне самому заняться этим делом. Плату я требую вперёд.

— Прошу тебя, мудрейший Мельдорф, — взмолился старец, упав на колени перед волхвом.

Волхв некоторое время молча смотрел на старца, а затем кивнул каким-то своим мыслям, и прижал ладонь к его лбу. Они стояли так довольно долго, когда волхв, наконец, убрал ладонь.

Хэл был поражён произошедшими изменениями. Старец, казалось, итак был одной ногой в могиле, но теперь… Места, где не было морщин, покрылись ими, а старые — стали ещё глубже. Волосы поредели и, если раньше седина проглядывала в некоторых местах, то теперь его волосы были абсолютно белыми. Одышка выдавала то, что ему было сложно даже стоять.

Волхв же практически не изменился. Разве что стал выглядеть более энергичным.

— Дочь встретишь в течение завтрашнего дня у порога. Живой или мёртвой, как договаривались, — процедил волхв, а затем повернулся к Хэлу и буркнул: — Идём.

Двое вышли из дома старца, и волхв сразу двинулся в сторону их дома.

— Что это было, мастер? — спросил Хэл. Он редко позволял себе задавать вопросы, особенно с тех пор, как занялся мечом, но этот случай буквально вынудил его. За эти годы он привязался к дядюшке, и то, что с ним сделал Мельдорф, Хэлу сильно не нравилось.

— Ты о том, зачем я приказал тебе найти девочку самостоятельно? — усмехнулся волхв. Конечно, он понял, о чём спрашивал Хэл, но почему-то решил сменить тему. — Всего лишь хотел проверить одну из своих догадок относительно твоего происхождения.

— Моего происхождения? — тут же заинтересовался Хэл.

Воспоминания о прошлой жизни почти стёрлись из его памяти, но он всё ещё не понимал, каким образом очутился в этом.

— Да. Я ведь уже рассказывал тебе, что нашёл тебя в глубине Зачарованного леса — новорожденным.

Хэл кивнул. Это он прекрасно помнил и сам — благодаря интерфейсу, но подсознательно чувствовал, что рассказывать об этом не стоит.

— Тогда же я решил взять тебя в ученики. Я понял, что ты — крайне необычный экземпляр, но и не подозревал насколько. Со внутренней энергией у тебя полный порядок, но при этом отсутствует малейший талант к моему делу. С другой стороны — ты почти встал на Путь Воина, хотя для того, чтобы стать более-менее пристойным мечником к твоему возрасту, в других местах детей тренируют чуть ли не с рождения… — волхв замолчал и задумался. Такое, как заметил Хэл, часто с ним бывало. В эти моменты он не обращал внимания ни на кого, и оставалось лишь дождаться, когда он вновь обретёт связь с реальностью. — Иными словами, дети, обладающие внутренней энергией — как глина. И их дальнейшую жизнь определяет то, чему их учат.

Тем временем они вышли из деревни и отправились в обратный путь. Хэл не понимал — ведь его наставник обещал старцу, что вернёт тому дочь завтра, но, судя по всему, отправлялись они именно домой.

— Что здесь странного? — Хэл действительно не понимал. Ведь все люди разные, у каждого, наверняка, свои предрасположенности.

— Есть разница между тем, когда человеку что-то даётся лучше других, и тем, когда у него полное отторжение того, что дано чуть ли не каждому в этом мире. Волхвом может стать каждый. — Мельдорф хмыкнул, глянув на Хэла, и поправил себя: — Почти каждый, был бы подходящий учитель. И то, что у тебя не выходит овладеть моими навыками, может говорить только об одном. О том, что твоя истинная сила лежит в другой плоскости.