— Она тоже воин! Это её судьба. — Альдер сжал мою ладонь. — Не бойся избранная, главное, мы вместе!

— Когда вы рядом, я ничего не боюсь! — Честно призналась я. — Гораздо ужаснее смерти, остаться в живых и до конца своих дней, оплакивать погибших друзей!

Я бы, много, что могла сказать, да ещё и порыдать на груди у Альдера, но свет в зале стал медленно гаснуть. Начиналось шоу, приготовленное Синтилой.

Я, с ужасом, всматривалась в надвигающуюся тьму. Вокруг, что-то завозилось и, поскуливая, начало подползать к пентаграмме.

Тысячи глаз, разом вспыхнули и злобно уставились на нас. Они были повсюду, даже на потолке. Свет на колонах окончательно погас, и только немного его пробивалось с верхней люстры, облепленной какими-то серыми тенями.

Казалось, вся нежить Миртаны собралась в этом храме. Неожиданно, вся эта свора зарычала, завыла, заскрежетала и принялась медленно кружить вокруг нас, постепенно приближаясь всё ближе и ближе.

Иногда, из общей массы, выскакивала мерзкая лапа с крючковатыми пальцами, и хватала за ноги. Я лупила по ним огненными шарами, и изуродованные конечности исчезали, но на их место, из темноты, сразу тянулись другие.

Мои друзья без устали махали мечами, но перерубить всю белиарскую армию было невозможно. Скоро кольцо окончательно сузится, и нам, действительно, ничего не поможет!

Безумная какофония визгов и воплей нежити, смешивалась с отборным матом Тилля, костерившего их, на чём свет стоит! Альдер молча и сосредоточенно отбивался от наседавших со всех сторон тварей, успевая помочь ещё и мне, расправляться с тянущимися лапами.

От шума и мелькания серых теней, у меня закружилась голова. Я еле стояла на ногах и чувствовала, что скоро не смогу отбиться, и буду утащена в жуткую, шевелящуюся массу нежити.

«Господи! Неужели, и правда, это конец?! — Мозг отказывался верить в происходящее. — Иннос, Аданос, кто слышит меня, помогите!» — Из последних сил, отчаянно взмолилась я.

И тут, сквозь вой, прямо внутри своей головы, я услыхала ворчливый голос: «Избранная, что там с тобой стряслось?»

«Безымянный!» — Выдохнула я, и слабый лучик надежды вспыхнул в моём, бешено бьющемся, сердце.

«Вот, глупая женщина! — Воскликнул древний бог. — Ты забыла о моём подарке!»

«Подарке?» — Удивилась я и сразу ощутила, как шею настойчиво защекотал амулет гарпии. Я принялась стаскивать его через голову, но шнурок, за что-то зацепился. Судорожно пытаясь распутать его, я, внезапно, услышала зловещее шипение, заглушившее всё вокруг.

Сразу прекратилось кружение белиарских уродцев, стало тихо…

Оцепенев от страха, я подняла глаза и увидела, как с люстры на нас спускается чёрная, словно сама смерть, огромная змея.

Чудовищная башка её была голым черепом. В пустых глазницах, недобрым светом, мерцал зловещий огонь. Оскал зубастой пасти, чем-то напоминал ухмылку Синтилы. На двух, выпирающих вперёд клыках, блестели зелёные капли яда, которые змея слизывала тонким, раздвоенным языком.

Вся нежить застыла, в ожидании знака от своей повелительницы.

Так, вот почему, они не нападали на нас! Ведьма желала, чтобы я и воины света, перед смертью, впали в безумие от страха и отчаянья! Синтила хотела сломить наш дух, и это ей почти удалось.

Светлые воины, как заворожённые, смотрели на наползающую гадину, не в силах пошевелиться, и я, тоже чувствуя, что тело сковывает паралич, из последних сил, дёрнула талисман, и он весело закачался на оборванной нити.

Размахнувшись, я подбросила его вверх, прямо в морду жуткой твари.

Взлетев, талисман завис между нами и змеёй и начал медленно вращаться. Брильянтовые капли «Радужного Потока» заискрились, наливаясь ярким светом. Они быстро распухали, как на дрожжах.

Змея зашипела и попыталась проглотить их.

И тут, произошло невероятное чудо! Капли слились воедино и, мощным, разноцветным фонтаном ударили в потолок, размазав мерзкое порождение Синтилы и моментально смыв его.

А потом, сверху, непонятно откуда взявшиеся, потоки яростной воды низринулись на оторопевшую нежить и понеслись по храму, не пропуская ни одного закоулка, круша и смывая всю армию Белиара.

Заодно, поток сорвал и унёс дверь, которой бог тьмы запечатал вход к алтарю.

Наведя чистоту, амулет успокоился и, приняв свой первоначальный вид, плавно спикировал мне на ладонь.

Мокрые с головы до ног, мы некоторое время приходили в себя, оглядывая храм. Его отмытые стены и потолок, ярко блестели разноцветной мозаикой. Вместо магических огней, везде вспыхнул живой огонь светильников.

Немного пообсохнув, Тилль подскочил ко мне и, схватив в охапку, закружил по залу, радостно заорав: «Избранная, ты спасла нас! Какое счастье, остаться в живых!»

Я отчаянно вырывалась, опасаясь, что у светлого воина, от всех потрясений, съехала крыша. Но бурное проявление радости прекратилось лишь тогда, когда со стороны алтаря возникла фигура орочего шамана.