Нет, мне нужны бойцы, а бойцов я смогу найти только на поле боя. Вот Эльза бы подошла, но она, к сожалению, на меня напала. Как дикий зверь, на инстинктах, только я повернулся спиной.

Поэтому я аккуратно двинулся в обход тюрьмы, ища следы сражений. Долго искать не пришлось – повсюду валялись вывернутые неведомой силой, нарубленные или разрушенные в труху деревья, взрыхлённая словно от взрывов земля, лужицы какой-то жидкости и прочее.

А ещё, конечно, трупы. В белых «пижамках» – бежавшие игроки, в военной форме – охранники. Причём, трупов и тех, и других было примерно равное количество. О чём я и говорил – на текущих уровнях немногие игроки по-настоящему смертоноснее вооружённого и тренированного человека. Даже выполнившие первый квест.

Вздохнув, я пошёл по следам разрушений, которые постепенно редели по мере того, как беглецы отрывались от погони.

Щелчок автомата и пуля проходит прямо рядом с моей щекой. Я упал на землю мгновенно, пропуская над собой целую очередь. Кто по мне стреляет, беглецы или охранники?

– Мужики, не стреляйте, я свой! – крикнул я из-за своего укрытия. – Меня послали разыскивать беглецов, Вяземский мой командир!

– Не п…зди, мразь! – ответил мне визгливый голос. – Вам, тварям, верить нельзя!

Один. Это обнадёживает. Проблема в том, что я его не чувствую – он находится более чем в тридцати трёх метрах от меня, за пределами действия ауры.

– Посмотри на мою одежду! – крикнул я. – Я одет не в пижамку!

– А может, ты её с трупа снял?

– Так она по размеру! – резонно ответил я. – Футболка, джинсы, кроссовки – всё по размеру!

Ну да, одет я был, разумеется, в повседневную одежду – камуфляж остался в сумках.

– Покажись! – раздался приказ.

Мысленно готовясь получить очередь в грудь, я показался, подняв руки.

– Смотри, мужик! Всё по размеру!

– Ладно! – засевший с винтовкой голос принял решение. – Стой на месте, я сам к тебе подойду!

Откуда-то из-за деревьев ко мне вышел одетый в камуфляж, броник и каску охранник с висящим на ремне АК, направленном на меня. Прикинув, что если бы он хотел меня убить, то так бы и сделал, я решил никак не реагировать.

Мужик подошёл ко мне метра на два и приказал:

– Упрись в дерево лицом, обе руки соедини за спиной!

А вот это БДСМ мне уже не нравилось!

Тем не менее, я повиновался. Как только охранник за моей спиной зазвенел наручниками, я резко повернулся, одновременно уходя с линии огня противника, и, призвав револьвер, прострелил ему бедро.

Подскочив к падающему мужику, я перехватил ствол калаша, не давая прицелиться в себя, и пяткой пнул тюремщика в лицо. Затем, размахнувшись, добавил по лбу рукоятью тяжёлого револьвера. Потом ещё и ещё – пока охранник на земле не затих.

Железный Феликс на такое обращение ответил образами недовольного бурчания, но я его успокоил, объяснив, что так мы всё равно победили врага.

Связывать отрубившегося противника я не стал. Надеюсь, он не откинется, а умрёт – так сам виноват. Нечего было на меня нападать.

Немного подумав, я отобрал у него АК – чтобы не опасаться выстрела в спину.

Дальнейший мой путь по несущему на себе следы разрушения редкому леску минут через десять-пятнадцать вывел меня к новому месту сражения. Правда, на этот раз оно уже отгремело. Действуя по уже отработанной схеме, я спрятался за деревом и аккуратно выглянул, исследуя обстановку.

На расчищенной полянке в окружении пары дюжин трупов в позе роденовского мыслителя на пеньке сидел по пояс голый здоровенный бородатый мужик, покрытый татуировками с ног до головы.

Живописно раскинувшиеся по залитой кровью поляне мертвецы несли на себе следы страшной насильственной смерти. Причём, к каждому костлявая пришла в каком-то оригинальном обличье. Тут присутствовало вбитое в голову лицо, и череп, разбитый, словно яйцо, а также оторванная челюсть, вмятая внутрь страшным ударом грудная клетка, вырванные с мясом конечности и другие следы страшной и болезненной кончины.

Татуировки на бугристом от могучих мышц теле здоровяка не несли в себе абсолютно никакого смысла и противоречили друг другу. Паутины, цепи, волны и странные орнаменты формировали узор, обрамляющий более крупные татуировки. Над правой грудью у него была набита свастика и написано «Хайль, Гитлер!», над левой грудью сияла красная звезда, под ней – изображение хитро прищурившегося Сталина, от которого отходил комиксовый бабл: «Смерть немецко-фашистским захватчикам!». На пузе значилась надпись: «Жизнь ворам, смерть мусорам!», но на плечах отчётливо читалось «Воров и блатных давлю как тараканов». На левом плече был даже выбит погон с несколькими звёздами. Под шеей у здоровяка «висела» звезда Героя России. Эти и ещё куча других татуировок представляли из себя жуткую какофонию смыслов, вдумываться в которые я не захотел.