– Прямой, обоюдоострый. Длиной в три ладони плюс рукоятка. Кончик обычный, не скругленный.

– А чего такой короткий? Им же только волосы на заднице брить можно будет.

– Таскался я уже с длинными мечами, хватит. Цепляются за все подряд.

– Ну, дело твое. Ножны брать будешь?

– Вы мне цену скажите для начала. Может, мне только на ножны и хватит.

– А покажи-ка свою железку.

Продемонстрированный мною меч выглядел на редкость убого – на кривоватом и неровном лезвии виднелись следы ржавчины, режущая кромка была испещрена зазубринами, а рукоятка ощутимо болталась, создавая впечатление, что вся конструкция неминуемо развалится в самое ближайшее время. К сожалению, чего-то лучшего в арсенале корабля не нашлось, а отдавать мне свое личное оружие никто из моряков не захотел.

– Да уж, – скривился кузнец, брезгливо рассматривая творение неизвестного мастера. – Теперь ясно, почему ты сюда пришел.

– Ага.

– Если согласен отдать это барахло и пятерку золотом, то мой ученик сделает для тебя приличный меч. Уж точно лучше такого вот дерьма. Если хочешь чего-то большего…

– Да нет, меня все устраивает.

– Тогда три монеты задатком и приходи через неделю. Нормально?

– Вполне. А что насчет ножен?

– Тоже сделаем. Тебе на пояс, на спину?

– Лучше, чтобы по-разному вешать можно было.

– Понятно. Обвязка есть?

– В смысле?

– Ну, обвязка, на спину.

– А, дошло. Нет, нету.

– Тогда с тебя еще две монеты и получишь все в лучшем виде.

– Хорошо, договорились…

Следующие семь дней я жил спокойной и размеренной жизнью, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания – тренировался делать файерболы, безуспешно пытался рассмотреть в глубинах артефакта спрятанную там структуру, время от времени отжимался и качал пресс, а когда все это окончательно надоедало, то гулял по городу, стараясь узнать последние новости. К моему облегчению, ничего действительно тревожного возвращавшиеся из Зеленого Холма торговцы не сообщали – там продолжался вялотекущий кипеш, но власти аккуратно спускали ситуацию на тормозах и не предпринимали никаких активных действий. Складывалось впечатление, что устроенную мною резню списали на действия некой диверсионной группы, которая тут же скрылась в лесах и больше не представляла реальной угрозы. Такой вариант меня полностью устраивал, а также позволял совершить кое-какие рискованные действия. Например, продать остатки трофеев.

Приглянувшийся мне ювелир обитал в солидном кирпичном доме, весь первый этаж которого занимала огромная мастерская. Здесь царило деловитое оживление – несколько человек увлеченно полировали огромную глыбу похожего на змеевик камня, в дальнем конце помещения еще один работник плавил серебряные слитки, устроившийся за прилавком старик методично скручивал тонкую золотую проволоку в аккуратные кольца, а парочка охранников зорко посматривала по сторонам, готовясь пресечь внезапную атаку дерзких грабителей. Чувствовалось, что в этом заведении буквально все поставлено на очень серьезные рельсы.

– Чего вам, молодой человек?

Я перестал щелкать клювом, развернулся к отложившему свою проволоку деду и вежливо улыбнулся:

– Светлого неба. Привез с войны пару безделушек, хочу кому-нибудь их продать.

– Показывайте.

Кинжал вызвал у моего собеседника гораздо больше интереса, чем перстень – ничем не примечательная побрякушка наверняка стоила не слишком дорого, зато изящный клинок являлся настоящим произведением искусства и впарить его заглянувшему на огонек богатею можно было с очень хорошей наценкой. По крайней мере, до какого-то момента я считал именно так.

– Кольцо проверим и возьмем по весу, – в конце концов вынес свой вердикт ювелир. – А с этим ножиком даже не знаю. Выглядит хорошо, но золота в нем мало, а для серьезной работы такую вещь использовать глупо. Денег он стоит, но переплачивать не стану.

– И сколько дадите?

– Семь золотых… даже восемь. Но не больше.

Предложенная цена плохо соответствовала моим излишне радужным надеждам, однако я чувствовал, что старик прав – вкладывать слишком много денег в красивую игрушку действительно было глупо. Как-никак, засилья расточительных вельмож в этом городе совершенно точно не наблюдалось.

– А за перстень сколько?

– Одно мгновение… так… четыре монеты.

Общая сумма лишь чуть-чуть превышала самую нижнюю границу заранее определенного мною коридора, соглашаться на нее откровенно не хотелось, но я отдавал себе отчет в том, что другие ювелиры могут оказаться еще более жадными либо слишком дотошными. Пришлось соглашаться.

– Хорошо.

– Гарди, выдай молодому человеку двенадцать монет, – произнес старик, убирая мои трофеи в ящик. – Гарди?

– Уже иду, – откликнулся наблюдавший за плавкой серебра мужик. – Сейчас.

– Было приятно иметь с вами дело, уважаемый. Заходите еще.

– И вам спасибо…

До того момента как работавший в кузнице подмастерье наконец-то отдал мне выкованный меч, успело произойти лишь одно значимое событие – в город пришел огромный военный обоз с добытыми в королевстве трофеями. Лично я смотрел на бесконечную вереницу телег с откровенно смешанными чувствами, а вот горожан это зрелище очень даже вдохновило – возле центральной площади собралась огромная толпа жаждущих приобщиться к общей победе людей. До меня не сразу дошли причины такого ажиотажа, но все очень быстро встало на свои места – расчистив небольшой клочок пространства, солдаты организовали скоротечный аукцион, продавая все подряд по откровенно бросовым ценам. Толпа мгновенно двинулась на штурм, вперед начали протискиваться сопровождаемые охранниками торговцы, послышалась ругань…