Старичок покосился на подчиненную.

— Да, на счет деятельности лаборатории, — произнёс глава тайной канцелярии, от чего старичок тут же дернулся. — По результатам наших проверок у нас есть предложение по организации отдельной лаборатории под эти исследования.

— К-к-каких проверок? — произнёс Лев Дементьевич.

— Которые проводились на протяжении последних двух недель, — пожал плечами Георгий и покосился на Александра.

Император хмыкнул и со вздохом спросил:

— Предложения?

— Считаю необходимым создания отдельной закрытой лаборатории с закрытой больницей. Продолжим испытания уже на людях и постараемся максимально долго держать эффект секретности. Поначалу будем брать простолюдинов, а как отточим техники, будем браться за аристократов. Естественно, не бесплатно. Для простолюдинов будет минимальный и подъемный ценник, а основная финансовая нагрузка ляжет на состоятельных людей.

Император поджал губы и кивнул.

— Думаю, это отличный подход...

— Дети, — вмешался Гарри. — Дети и заслуженные лица государства должны проходить бесплатно.

Глава тайной канцелярии взглянул на брата и, дождавшись его кивка, согласился:

— Да, думаю это будет справедливо. В качестве главного специалиста предлагаю самого разбирающегося в технике человека...

— Я еще в школе учусь! — тут же возмутился молодой некромант.

— Я про Зайцеву Елизавету Сергеевну, — кивнул в сторону женщины Георгий. — А по поводу больницы — можно взять за основу детский интернат в Домодедово. Там вполне приличное строение и хорошая территория. Есть где развернуть строительство, если понадобится. Доработка помещения опять же минимальна.

Император обвёл взглядом собравшихся.

Профессор сидел мрачнее тучи, Георгий с деловым видом, Зайцева растерянно хлопала глазами, а Гарри улыбался до ушей.

— Гарри, — произнёс Александр. — Исключительно по моей доброй воле я выделю тебе пять процентов от будущей прибыли этой затеи. Более того, я даю тебе право на указание твоей фамилии в названии принципа лечения.

— За такую честь, конечно, спасибо, — добродушно вздохнул парень. — Но пять процентов... Нет, не поймите меня неправильно. Я не жадный, но... это как-то даже несмешно.

Александр выразительно взглянул на Георгия.

— Гарри, вы вчера с Наумовой в парке у набережной были... — проговорил глава тайной канцелярии.

— Что? Сильно нашумели?

— Про то, что столб света, уходящий в небеса, видел весь город, смысла говорить нет, — хмыкнул Георгий. — Только ты бы подумал, куда этот столб бил.

— Что? Мы самолет сбили?

— Сбили бы самолет — просто так бы не отделались, — недовольно проворчал император.

— Я всё понимаю, — недовольно проворчал Георгий. — Молодые, горячие, но думать-то надо было!

— Ну, мы же ничего такого не натворили. Ну, ударил столб света в небо, ну...

— Спутник, Гарри. Вы двое умудрились сбить спутник, — оборвал его глава тайной канцелярии, смотря, как закашлялся молодой некромант. — Морион-8 должен был считывать магический фон в центральной полосе континента и захватывать южную часть Северной Америки. Ты представляешь, сколько стоит изготовить спутник на артефактной основе? А сколько стоит его отправить на орбиту?

— Ну, так... — взял в себя в руки Гарри. — Пять процентов, так пять процентов. А название... Вот Зайцева напрямую участвовала, так пусть и будет подход Зайцевой...

— Мрак... полный мрак, — вздохнул Георгий.

— Подход Зайцевой-Мрак, — хмыкнул император. — А неплохо ведь звучит.

— Тогда уж «Мрачного зайца», — хмыкнул младший брат и взглянув на императора пояснил: — Пусть островные шпики голову поломают.

Семён Аркадьевич отложил папку со срочным донесением от службы безопасности и вздохнул, после чего поднял взгляд на супругу.

— Всё так плохо?

— Нет. Это хорошо, но не для нас, — сморщился супруг и потянулся к чашке с чаем. Взяв её, он пригубил и кинул взгляд на задумчивую дочь, что без особого удовольствия ковыряла вилкой кусочек пирожного. — Наумовы сорвали первый куш.

Дарья хмуро взглянула на отца.

— Тот столб света вчера был выбросом Наумовой. Сказать, кто инициировал этот выброс?

Даша молча опустила взгляд на свою блюдце.

— Дорогой, перестань, — надавила супруга. — Мы уже это обговорили. Она сама всё решит.

Глава рода Демидовых вздохнул.

— Я не хочу ее заставлять. Не хочу ни к чему принуждать, но мы Демидовы. Наше слово крепче камня. Именно поэтому мы ими не разбрасываемся. Именно поэтому нам не надо плясать и крутить интриги вокруг наших компаньонов, доказывая свою правоту и гарантируя выполнение договоренностей.