Срывается с места и бежит к выходу из бокса. Не иду за ней. Там Сергей посадит в такси.

Сажусь на капот и закрываю ладонями лицо.

– Аааа! Сука!
– всаживаю кулак в метал тачки. Чувствую, как после онемения вспыхивают болью костяшки и бью ещё раз.

Покачиваюсь из стороны в сторону, не понимая зачем сейчас куда-то идти и что-то делать. Чувствую фантомные боли в сердце и растираю грудину. Мне кажется, что это ее боль.

Но если после всего, что между нами было, Алиса смола обвинить меня во лжи, не пожелала даже услышать и подумать, то нахрена тогда вообще что-то надо?! Поплачет и забудет! А их семейные проблемы меня касаться не должны. Может быть, они захотят простить своего папашу? Тогда я вообще буду вечным памятником его подлости, трусости… И никогда не смогу простить.

– Ты как, мужик?
– заходит в бокс Сергей.

– Уехала?
– ухмыляюсь.

– Да, - отвечает он.
– Плакала сильно, если это важно. Ты нафига ей все рассказал?

– Подслушивал?
– встречаюсь с ним взглядом.

Он садится рядом со мной.

– Нет, конечно… но слышал.

– Я надеялся, что так у меня будет хоть один шанс, - пожимаю плечами.

– Да уж… - хлопает он меня по плечу.

Следующие два дня я не живу. Просто лежу на кровати, тупо глядя в потолок. Не ем. Только пью воду. Моя дверь в спальню заперта. В неё периодически приходит постучать отцовская «как там ее». Мне хочется дождаться момента и распахнуть дверь ей в голову.

– Он не выходит из комнаты вторые сутки, - слышу я ее голос.
– Ты же, в конце концов, должен реагировать… - вычитывает моему родителю. Выслуживается.

Капец, какая заботливая. Лицемерная дрянь. Это же вообще все из-за неё.

– Расслабься, тебе кажется… - отвечает ей отец.
– Он просто опять в загуле и не спит по ночам.

Постоянно листаю профиль Алисы. Слежу, когда она онлайн. Тоже не спит ночью. Пишу и стираю ей сообщения. Сейчас это бессмысленно. Все равно не поверит. Да и как дальше? Если случившееся всегда будет стоять между нами. Не знаю, что должно произойти, чтобы появился шанс.

Но свои чувства я обесценить никому не дам. Это вообще все, что у меня есть. Мне нужны они просто как топливо, что жить дальше.

Обещаю тренеру, приехать к пацанам в воскресенье. Честно говорю ему, что раньше просто не могу. Он понимает, поддерживает…

Пятница наступает вместе с дождливым утром, голодной тошнотой и болью в голове. Заставляю себя принять душ и спуститься на кухню, чтобы выпить кофе с бутербродом. В десять суд. Где-то на фоне отец разговаривает по телефону, обещая быть на работе после обеда.

Его «как там ее» летает по дому и просит достать чемоданы. Завтра они улетают.

– Арсений?
– она заглядывает на кухню.
– Доброе утро…

Молчу, специально отворачиваясь к ней спиной, и сжимаю столешницу.

– Арсений? У тебя все хорошо?
– нерешительно делает по кухне несколько шагов.

– Да свали ты, ради Бога!
– взрываясь, рявкаю на неё.
– И от греха подальше!

Чувствую спиной, что не шевелится. Замерла.

– Я не понимаю, почему ты меня так сильно ненавидишь, - дрожит ее голос.
– Так очень тяжело жить. И, наверное, я ушла бы от твоего отца, не окажись беременной…

– Да что ты!
– разворачиваюсь, врезаясь в неё взглядом полным ненависти.
– Ушла бы! Не смеши! Кто бы тогда одевал твою дешёвую шкурку в дорогое шмотьё?! Тебя не смущала даже моя мать, пока была жива, а тут вдруг смутил я!

Она бледнеет.

– О Господи… - хватаясь за предметы, оседает на ближайший стул.

Тихо чертыхаясь, наливаю ей стакан воды и всовываю в руки.

– Говорят, что от стыда не умирают… - ухмыляюсь.

Забираю кружку с кофе и направляюсь к выходу из кухни. Нет у меня в планах грех на душу брать и эту дрянь доводить.

– Арсений, постой, - слышу ее сдавленный голос и жадные, торопливые глотки воды.

Нет ну просто гениальная актриса. Разворачиваюсь, чтобы понаблюдать за этим цирком. Чехов вместе со Станиславским аплодировали бы стоя и кричали: «верю»!

– Отца позвать?
– интересуюсь с иронией, - Мне кажется, что недостаточно трагизма…

– Пожалуйста, не нужно так, - качает головой и судорожно допивает воду.
– Да, я очень виновата перед тобой и твоей мамой. Не знаю, откуда ты об этом знаешь, но клянусь тебе! Я понятия не имела, что твой отец женат. Мы действительно случайно заехали с ним в один отель. Боря пил почти три дня, не просыхая. Был просто тенью, а не человеком. Не знаю чем, но он мне сразу понравился, и я решила спросить что случилось… Он ушёл от ответа. Сказал, что просто очень устал на работе. В общем, избавлю тебя от подробностей, но домой мы вместе прилетели. А когда Боря стал видеться со мной только в гостиницах по определенным дням, я залезла в его паспорт. А там… жена, ты. Это был кошмар! После мы не виделись почти два года. Встретились на промо-компании. У меня не остыло, у него тоже… Прости нас, пожалуйста! Не нужно ненавидеть…

С грохотом ставлю кофе и тарелку на стол. Позавтракал, короче. Желудок начинает пульсировать тошнотой в такт сердцу. Я не знаю, что тут говорить. Больно! Больно! И першит в носу. И я не понимаю, почему даю этой суке шанс говорить, почему ее слушаю, а главное - почему, кажется, мать ее, верю!

Это все Алиса… Она расшатала мои эмоции и пределы. Проекция? Возможно. Да, меня слушать никто не стал. А я хочу заработать себе в карму эти чертовы очки, чтобы иметь хоть какой-то шанс говорить.