Из-за спины послышались легкие шаги. От их звука мгновенно стало легче. На плечи опустилось теплое пальто. Алиса подбадривающе улыбнулась. Желание ей помочь переросло в приступ агрессии, но ведь она не просила о помощи. Есть ли у меня право заставлять ее лечиться, особенно когда я сама не в самом стабильном состоянии?

Момента, как мы покидаем кафе, в голове не было.

– Прости, – раздался мой тихий голос.

Алиса примирительно положила руку мне на плечо, сказав:

– И ты меня. Я, наверное, тебя до жути напугала.

Я крутилась на компьютерном стуле вокруг своей оси в перерыве между звонками. В офисе было шумно. В душное помещение лился бесконечный поток ответов на глупые вопросы. Какофония не смолкала ни на секунду.

Вчера меня так напугали слова Алисы о том, что она прикасалась к кому-то и тот был настоящим, что вечером в душе мерещилось всякое. Воздух становился ледяным. Ноги вмерзали в холодную плитку. На секунду показалось, что на меня кто-то смотрит. Но, когда хватило смелости обернуться, в ванной комнате я была одна. Волосы на затылке продолжали топорщиться, а глаза пялиться в пустой угол, где не было ни единой живой души.

От воспоминаний об этом кожа покрылась крупными мурашками. Зазвонил телефон, заставив меня, выпавшую из реальности, вздрогнуть. Я подняла трубку, выслушивая бессвязный бред.

– Ага, ага, – голова кивала в такт словам, – ага, можно поподробнее?

Откинувшись на спинку стула, я повернулась на нем спиной к столу, бессмысленно блуждая по залу глазами, не цепляясь ни за что конкретное.

– Черт, – сорвалось с губ тихое ругательство.

Руки задрожали. С того конца провода послышалось:

– Что? Что вы сказали?

Стараясь не впадать в панику, я медленно развернулась обратно. Спина смотрела в сторону входа. «Этот тип меня преследует?» – появилась мысль. Рукой я прикрыла лицо, словно это могло помочь.

– Девушка, вы меня слышите? – кричали из телефона.

На мое плечо легла рука. По телу прокатилась волна паники.

– Эй, там тебя красавчик ищет, – сказала одна из сотрудниц, имя которой я и не старалась запомнить, не рассчитывая, что получится проработать в этом месте целый месяц. – Уже второй день подряд приходит. Чем ты ему так понравилась?

«Ничем. Он маньяк. Может, серийный убийца», – крутился в голове ответ, озвучивать который я не стала. Главное, чтобы страх не перерос в гнев, как это бывает обычно. А то меня выгонят отсюда. Для этого время неподходящее, если так пойдет дальше, то Алиса погрузится в «страну чудес», и мне придется быть единственной кормилицей. Вдох. Выдох.

Бесцеремонно прервав ор, идущий из телефона, я направилась к выходу. От лица отлила кровь. Брюнет осматривался. Его траурная одежда резко контрастировала с белыми рубашками сотрудников. Не спрашивая разрешения, я взяла парня за локоть и потянула в сторону двери. Он не сопротивлялся.

«Если начну буянить, то есть шанс, что этого не заметят», – плыло в сознании, когда мы оказались в пустом коридоре. Лампочки на потолке моргали, издавая напряженное жужжание. Казалось, одна из них вот-вот лопнет.

Мы остановились. Сердце пыталось выпрыгнуть из груди то ли от возможной потери работы, то ли от страха перед непонятным человеком напротив. Приходилось смотреть на него снизу вверх из-за большой разницы в росте.

– Меня зовут Малах, – произнес парень, протягивая открытую ладонь для рукопожатия.

Он внимательно следил за моей реакцией своими серыми глазами. Когда его рука была проигнорирована, парень усмехнулся. Склонив голову набок, он сказал:

– Евангелина, я здесь по делу.

«Что еще мог сказать преследователь», – возмутилась я про себя. От звучания полного имени стали всплывать неприятные воспоминания. Мать называла меня так. Пришлось тряхнуть головой, изгоняя злость, которая медленно поднималась от мыслей о ней. Я сложила руки на груди, приподняв бровь, готовая слушать, что скажет Малах. Парень спокойным голосом продолжил:

– Вопрос может показаться странным, – он сощурился. – У тебя в последнее время не происходило ничего необычного?

Из груди вырвался смешок. «Подруга – шизофреничка. Мои срывы. Люцифер сбежал. Непонятный тип, явившийся в офис», – неслось в голове. На лице появилась невольная улыбка оттого, что брюнет, возможно, и не подозревает, как сложно вычленить что-то одно из такого числа вариантов. Хотя из этого всего только одно событие сильно выбивалось из привычной жизни.

– Кроме преследующего меня типа? – спросила я с иронией.