Тим дал ей дубликат ключей, поэтому теперь Петрова может спокойно приходить и уходить, когда ей вздумается.

— Нет, — слышу приближающийся голос Чемезова. — Офигеть, там дождина. Я пока с универа до парковки шёл, до трусов промок. Спасибо тому, кто изобрёл подземный паркинг. — Я улыбаюсь, слушая его бубнеж. — Как у тебя дела? — наконец Тим показывается в арке, голый по пояс — в руках зелёная футболка, а на бедрах низко сидят спортивные штаны.

— Хорошо. Врач приходила… — отвожу взгляд от его атлетического торса. Я уже знаю, что на цокольном этаже есть спортивный зал с тренажерами и бассейн, где Тим пропадает почти каждый вечер. — Сказала, зайдет через два дня. Наверное, выпишет. Я хотела ей заплатить, но она сказала, что визит уже оплачен.

— Ну да, а что не так? — непонимающе хмурится Чемезов.

— Да все так. Чай будешь?

— Я похож на того, кто пьет чай в три часа дня? — прыскает он, надевая футболку.

— Ты можешь нормально отвечать, — ворчу на него, — без своих чемезовских ужимок?

— Нет, тогда это буду не я, — отвечает Тим, нависая надо мной. — Что читаем, м? — тянется к раскрытой книге. — Эрик Берн. «Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры», — вслух произносит он, изучив обложку. — Что за занудство, Арсеньева?! — в шоке смотрит на меня.

— Сам ты занудство. Это нам препод по психологии посоветовал. Я взяла в библиотеке.

— В библиотеке, — повторяет Тим с идиотской улыбкой на губах. — Ну конечно.

— А что смешного? — забираю у него книгу.

— Ты в курсе, что люди, которые много читают, работают на тех, кто книги покупает лишь для того, чтобы украсить ими интерьер?

— Тебе виднее, — я сердито стискиваю зубы.

— Да. Я считаю, что реальные навыки и опыт полезнее сухих знаний, — произносит парень.

И от его самонадеянного тона у меня кровь закипает.

— И какие же это навыки? — язвлю в ответ. — Покупать кофе в автомате? Заказывать доставку продуктов? Разогревать в микроволновке готовую еду? Или играть в приставку, пока чужой человек убирает твою квартиру?

Перечислив свои наблюдения, я опускаю голову и умолкаю. Мне становится стыдно, ведь Тим помог мне в трудную минуту, а я сижу в его доме и нагло критикую парня.

— Вообще-то, это ее работа, — кажется, Чемезов ничуть не обиделся.

— Вообще-то, ты сам в состоянии это сделать, — возражаю уже из чистого упрямства.

— Да, — кивает Тим. — Но уборщице платит моя мать. Если я буду тут сам все делать, за что тогда она будет получать деньги? Это же нечестно.

— Действительно, — не знаю, что ему ответить.

Он живет в другой реальности. Там не нужно думать о том, как протянуть до стипендии или до зарплаты, что приготовить, где одеться нормально, но не дорого. Там можно вообще ни о чем не париться, все тебе принесут, все за тебя сделают, еще и по голове погладят.

Ругая себя за то, что набросилась на парня лишь потому, что его жизнь не похожа на мою, я двигаю книгу ближе.

— Ну вот. Это всё учеба, — вздыхает Тим. — Ты превращаешься в зануду, — выдергивает книгу у меня из-под носа и хлопает ею. — Хватит читать, идем лучше киношку посмотрим.

— Эй! — возмущаюсь его выходкой.

— Идем, — он еще и мой чай с ромашкой забирает. — Поверь эксперту, иногда затуп перед теликом полезнее какого-то там Эрика Барнса.

— Берна!

— Да пофигу.

— И в твоем случае “иногда” означает “всегда”, — подтруниваю над ним.

— Ну, ок, я бестолочь, лентяй и вообще никчемный тип, — соглашается парень, — теперь ты довольна?

Я качаю головой.

— Это же неправда. Но, похоже, тебе проще, чтобы все так и считали. Дело твое.

— Слушай, я не понял, мы будем меня анализировать или все-таки займемся чем-то более простым и понятным? — тихим голосом интересуется Тим. — И приятным, — добавляет совсем вкрадчиво.

— Ты о чем? — не ведусь на его очередную пошлую провокацию.

— Я о фильме, — парень нарочито невинно хлопает глазами. — А ты о чем подумала?

Вслед за Тимом я перебираюсь в гостиную. Мы садимся на диван перед огромным телевизором.

— Как на счет “Не шутите с Зоханом”? — интересуется Чемезов, выбирая фильм в приложении.

— Супер, — с безразличным лицом я демонстрирую парню большой палец. — В твоем стиле.

Замерев, Тим несколько раз моргает, после чего поворачивается ко мне всем корпусом.

— Это в каком же? Тупом и озабоченном?