— Обиделась? — склонив голову, Тим заглядывает мне в глаза.

Он стоит на пороге, такой расслабленный, неотразимый, идеально сложенный со своей самоуверенной дерзкой ухмылкой, уже ставшей его визитной карточкой.

— Нет, — трясу головой, не подавая вида, что в очередной раз им залюбовалась.

Затем иду вперед, пытаясь просочиться между дверной коробкой и Тимом, но тот тормозит меня, выставляя на пути свою длиннющую босую ногу.

Я замираю, опускаю глаза в пол, и что же вижу — у Чемезова даже пальцы на ногах восхитительные.

— Ну ладно, не дуйся. Я психанул, бесит меня этот Саша, — примирительно произносит Тим, хватаясь пальцами за косяк. — Совет друга хочешь?

— Нет.

— Тот парень стремный, — как вы догадались, Тим игнорирует мой отказ.

Вздернув подбородок, снова встречаю насмешку в его глазах.

— Ты все сказал?

— Ага, — кивает Тим с наглой улыбкой.

— Тогда ногу убери.

Со вздохом Тим выполняет мою просьбу, и я направляюсь в комнату, где ночует Аня.

Петрова загадочно на меня смотрит, но ничего не говорит. Видимо, ее отпугивает мой сердитый вид. Тогда она рассказывает о том, что нашла для нас недорогое жилье — небольшую однокомнатную квартиру в районе универа. Его сдает знакомая ее знакомой, и можно платить помесячно, без грабительской предоплаты за три месяца вперед.

Вот только есть одна проблема — арендаторы освободят ее лишь в конце месяца, а это значит, что почти четыре недели нам придется где-то мыкаться. Однако я хватаюсь за эту новость, как за спасательный круг. Затем мы прикидываем, каким бюджетом располагает каждая из нас, и ищем в интернете временное жилье. Денег в обрез. Но, на крайний случай, я могу одолжить их у Кости, Аня у своего отца от матери тайком попросит, а потом мы, как-нибудь, войдем в колею.

Где-то через час приходит Фриц, и мне приходится вернуться в комнату Тима. Проходя мимо гостиной, я вижу, что Чемезова там нет. Должно быть, он снова в тренажерке.

Я с тоской смотрю на диван, где мы сидели днем.

Наверное, я зря на него наехала из-за Брагина.

Ведь он прав, это его дом. Не каждому понравится видеть в своей квартире посторонних, тем более с Брагиным они уже однажды чуть не подрались. Но и Тим тоже хорош. Ведет себя как двинутый собственник и ревнивец. Только с чего бы ему меня ревновать?

Вот и я не знаю.

Уже позже, лежа в его постели, я все думаю о том, как же сильно все запуталось. Я ушла из общаги, живу у парня, вру брату… Папа, узнай, как обстоят мои дела, поднял бы такую бучу…

Ну вот. Теперь папу вспомнила.

А затем и маму.

На глазах наворачиваются слезы, и только я собираюсь зареветь, как слышу тихий стук в дверь.

— Ты спишь? — шепчет Чемезов.

Мое сердце делает сальто и летит куда-то в пропасть.

— Нет.

Я жду, что он снова что-то скажет или попросит разрешения войти, но вместо этого Чемезов просто толкает дверь, подходит к кровати и плюхается на нее.

— Тим? Что ты делаешь?! — я сажусь и нащупываю выключатель со своей стороны кровати.

Загорается свет.

— Мне не спится на том диване. Слишком мягко, — жалуется Чемезов, приминая руками подушку.

— Ладно. Тогда я туда пойду, — свешиваю с кровати ноги, собираясь уйти.

Чемезов тут же хватает меня за локоть.

— Ой да, господи, ты реально думаешь, что я тут из-за дивана?!

Растерянная я поворачиваюсь к нему.

— Я не…

— Подожди, — он осторожно отпускает меня. — Мы будем просто спать. В смысле, лежать с закрытыми глазами и смотреть сны. Ок?

— Не ок, — таращу на него глаза.

— Ну пожалуйста, — просит Тим. — Я тебя и пальцем не трону. Смотри, я в одежде. Ты в одежде.

— Тим это… — у меня слов нет.

— Неприлично. Аморально. Неправильно. И вообще нас боженька за это накажет. Бла-бла-бла, — продолжает за меня Чемезов. — Ну ты хоть раз в жизни можешь нарушить свои чертовы правила?

— Тим, я не понимаю, чего ты добиваешься?

Вздохнув, парень переворачивается на спину.

— Да я и сам не понимаю, — произносит, положив одну руку под голову. — Просто завтра ты от меня съедешь… Аня рассказала о вашем плане.

Я смотрю на распростертого на постели Тима, пытаясь понять, что значит его загадочный тон. И вдруг понимаю.

— Ты же не думаешь, что я соберусь отблагодарить тебя таким образом? — спрашиваю не своим голосом.

— Конечно нет, — хмыкает Чемезов. — Знаешь, Дин, если однажды ты решишь со мной замутить, поверь, это будет не из-за благодарности. А до тех пор, — он проводит ребром ладони по центру кровати, — вот твоя половина. Вот моя. Придвинешься ко мне хоть на сантиметр, получишь а-та-та.