В горле снова появляется комок, тоска накатывает.

Знаете, я уже привык, что по моей квартире расхаживают девчонки, что моя ванная уставлена всякими флаконами с женскими штуками, что я не разгуливаю по дому в одних трусах и не разбрасываю шмотки. Конечно девушки в моей квартире и раньше тусовались, но с ними я спал, и они для меня не готовили.

Зарекался я переживать из-за девчонок и мотать сопли на кулак, а с самого утра только этим и занимаюсь.

Понятно, что мы с Арсеньевой будем видеться в универе, я могу навещать ее на работе в торговом центре, куда-нибудь пригласить, и она стопудово согласится… Просто теперь мне этого мало…

Ведь одно дело сводить в кино девушку, от которой сносит крышу, а другое — разговаривать с ней ночь напролёт.

Ой, все короче… Забудьте, что вы слышали.

— Давай рассказывай, — перед потоковой лекцией с загадочным видом ко мне подсаживается Фриц.

— Ты о чем? — приподнимаю бровь.

В ожидании препода народ вокруг гудит пчелиным роем.

Мы сидим на самом верху. До начала пары остается несколько минут.

— Ну как она? — шепчет Фриц, склоняясь ко мне.

Моя челюсть каменеет.

— Отвали, — догадываюсь, кого он имеет в виду.

— Хорош, мне же интересно, — парень слегка толкает меня кулаком в локоть. — Я знаю, что ты ей нахлобучил. Так стоило оно того или нет?

На его морде нарисовано похотливое любопытство.

Он ждет подробностей? Он всерьез думает, я стану с ним что-то обсуждать?

Кретин.

— Знаешь? Откуда? Свечку держал? — сухо бросаю в ответ.

— Ага, — хмыкает Фриц, кривя губы. — Я вчера домой собрался, заглянул к тебе, там пусто, потом слышу, Арсеньева за дверью смеется. А ещё мне Анька по секрету сказала, что вы уже не первую ночь… — идиотски двигает бровями.

— Ну и?

— Что ну и? Как оно? Эта недотрога полюбому целкой была. Не то что Петрова, — тихо бормочет Фриц. — Но, может, это и к лучшему. Стремно с девственницами, наверное?

Его дотошность и въедливые вопросы заставляют хмуриться все сильнее.

Поморщившись, вместе с воздухом выпускаю через ноздри раздражение.

— Ты серьезно меня об этом спрашиваешь?

— А что такого? — возражает Фриц. — Мы же друзья. Давай, делись опытом, первопроходец.

— Да какие мы друзья? — усмехаюсь я, надевая маску безразличия. — Ты же таскаешься за мной, чтобы только телок поиметь. А что, хата есть, ничего мутить не надо, очень удобно, правда? — пристально смотрю на него.

Фриц сразу сникает, довольная улыбка сползает с его лица.

— Зачем ты так? — обиженно говорит он.

— Ещё раз про Дину заикнешься в таком тоне, я тебе нос сломаю, — предупреждаю белобрысого.

Своими бегающими глазками Фриц пялится на меня и зловеще усмехается.

— Ты запал на нее, что ли? — его рот приоткрывается, а затем Немцев начинает задыхаться от смеха. — А-а-а, я ору!

На нас оглядываются сидящие ниже девчонки.

— Заткнись. Ты нарываешься, — довольно сильно толкаю Фрица в предплечье.

— Тим, что за фигня? — мрачнеет Немцев. — Ты из-за телки на меня погнал? Хорош… Было бы из-за кого… — фыркает он. — Эта Арсеньева на тебя хреново влияет. Вспомни, как мы в сентябре оттягивались.

— Отвали! — скрежещу зубами.

— Подожди-ка, или она тебе до сих пор не дала? — ему по-прежнему невдомек, как он меня бесит. — Ты поэтому психуешь? Да ладно тебе, мужик! Оглянись вокруг, к тебе любая в койку прыгнет, только пальцем помани.

По мере того, как он это говорит, я все сильнее сжимаю в пальцах ручку, пока она с треском не ломается.

— Закрой свой вонючий рот! — вскочив, швыряю ручку в Немцева.

— Эй, полегче, — мямлит он, отползая.

Сжав кулаки, я нависаю над ним и, уже не сдерживая себя, просто ору:

— Ты достал меня, понял?! Мои телки — не твоя проблема. Хватит ко мне лезть, хватит указывать, что мне делать. Засунь в жопу свои советы! С чего ты решил, что я буду их слушать?! Ты мне кто?! — моя грудь ходит ходуном от ярости.

Фриц испуганно таращит глаза. На нас все пялятся, гул нарастает.

Схватив телефон и остальные вещи, я спускаюсь на два ряда ниже.

— Иди лечись, — летит мне вслед.

— Что ты там сказал? — оглядываюсь на Фрица.

Руки так и чешутся, от гнева сводит каждую мышцу.

Если он снова хотя бы вякнет что-то про Дину, я поднимусь, схвачу его за шиворот и протащу на заднице до самого выхода.

Однако Фрицу хватает мозгов держать язык за зубами, и он лишает меня удовольствия врезать ему.

Звонит мой телефон.

Дергая под столом коленом, сбрасываю вызов от мамы. Ее привычка проверять каждое утро, на учебе ли я, невозможно достала.