Шрифт:
– У вас же была квартира хорошая. Могли там жить? Могли. И Кирюха не страдал бы, бегая среди посторонних.
– Что еще ты знаешь про нас? И откуда, кстати, узнал про квартиру родителей?
Стефа опять улеглась. Правда, чуть в сторонке. Больше уже не обнимала, не прижималась грудью и бедрами. Что ж, ради дела можно и потерпеть. Уснет – устрою ее, как положено.
– Такие вещи несложно узнать. Вы же все официально делали. А вот куда девалась огромная сумма, которую вам доплатили при обмене…
– Куда-куда. Витьку, само собой. Мы думали, что он получит деньги и отстанет…
– Хорошо, что не додумались переехать в какой-нибудь подвал.
– Мила вышла на работу. И еще на две, с кучей смен. Потому и обошлись без подвала.
Она говорила об этом с какой-то гордостью даже. Справились, типа. Молодцы. А то, что Мила сама же и вляпалась в это дерьмо, оставив и сестру, и ребенка без нормального жилья… Почему-то Стефа и не вспоминала.
– Отлично. Она просто молодец. Но дальше вы сами не протянете. Слишком сердобольные обе.
– Тихон…
Долгая-долгая пауза. Она что-то явно хотела сказать, но не решалась.
Пришлось подталкивать.
– Говори. Темно. В темноте можно спрашивать о чем угодно. – Почему-то в голову пришла наша с сестренкой любимая присказка. Она тоже по ночам секреты мне на ухо шептала.
– Ты серьезно собрался вмешаться в нашу жизнь? По-настоящему?
– Я, вроде бы, уже вмешался, по самое некуда. Что тебя смущает?
– И…
– Не тяни кота за хвост. Я, между прочим, уже засыпать начинаю. Могу не услышать, что скажешь…
Тяжелый глубокий вздох, как перед прыжком в воду. Женское тело ощутимо напряглось под одеялом…
– Ты хочешь на мне жениться, правда? Или это был экспромт, чисто для Миланы?
– Хочу.
– Кхм…
Ждал, что скажет дальше. Не мешал.
– А меня спросить не хочешь? Мое мнение тоже надо учитывать, правильно?
– Правильно. – Она не видела, как мои губы растягивает улыбка. Смешная такая, милая…
– А если я не захочу?
– Я подожду, когда передумаешь. Спешить-то некуда, согласна?
Глава 25
Стефания
– Стеша, а Стеша? – Детский голос нетерпеливо шептал мне в ухо, щекотал дыханием, заставлял жмуриться и прятаться под одеялом.
– Ну, Стеша, давай, просыпайся уже!
– Кирюш, ну выходной же! Тебе меня не жалко? – Приоткрыла один глаз, в надежде, что совесть племяша воспрянет, и он позволит еще этому глазу прикрыться обратно.
– Так уже обед! Мама переживает, зовет, чтобы ты шла есть солянку!
– Обед?! – Я моментом воспряла. Еще и волшебное слово «солянка» сработало так, как должно: Миланкино коронное блюдо, ради которого я готова на что угодно. И вообще, потом когда-нибудь высплюсь!
– Ну, да. Мы ждали, что ты встанешь сама. Но не дождались!
– Ладно. Спасибо, что дали выспаться… – Я потянулась, оглянулась… Поняла, что в постели лежу одна…
– А где Трифон?
Кирюха меня опередил с вопросом.
– А он не с вами, разве? И прекрати называть его Трифоном, пожалуйста. Не притворяйся, что не помнишь имя!
– Я думал, он здесь, с тобой…
Кирюха растерянно оглядывал кровать. Кажется, готов был и под нее посмотреть в поисках Тихона.
– Нет. Он ушел. Я даже не слышала, когда и как…
Полночи крутилась, не могла успокоиться после его слов про женитьбу. То ликовала в душе, то расстраивалась, накручивая сама себя… А этот скороспелый женишок моментально отключился. Я его даже толкнуть пыталась, ущипнуть – все без толку. Страдала одна, без помощника…
Похоже, не зря страдала: чуть утро наступило, он тут же испарился. Чтоб его черти в пекле жарили!
– Мил, как дела? – Сестренка вертелась по кухне, что-то весело напевая под нос. Как будто ночью не она сидела напротив нас с Тихоном, грустно склонив голову…
– Нормально. Блинчики вот дожариваю. И никто не мешает. Куда все подевались, как думаешь?
– Черт его знает. Может, все уже поели давно и ушли гулять…
Странное дело – обычно на кухне все время кто-то крутился и топтался, подсматривал в чужие кастрюли, бурчал и пыхтел. Или Наталья Владимировна пыталась помочь советами, даже когда ее никто и не просил.