Шрифт:
– Привет, засоня! – Он улыбался так, будто ничего такого странного и не случилось. Неуловимым движением обвил талию рукой, прижал к себе, чмокнул в нос. – Отдохнула?
Это было здорово. И очень странно. И как будто не со мной… Неужели он теперь так будет со мной здороваться каждый день, каждое утро? Разве такое бывает?
– Ой, Стешка, ой… Заневестилась, засмущалась… Я тебя такой не видел никогда. Значит, все правильно угадал. Подходит тебе Тихон!
Старик, само собой, стесняться не собирался. Он довольно потирал рот под густыми усами, крякал, снова накрывая на стол.
– Тихон, ты наливку-то будешь мою? А то, кажись, ты там кашлял опять… Хочешь, еще полечу?
А тот как будто и не слышал предложения: даже голову в ту сторону не повернул. Смотрел в мои глаза, не отрываясь, изучал там что-то… Что – не знаю. Может, реснички пытался посчитать? Иначе, зачем так долго и внимательно разглядывать? И с таким серьезным-то видом?!
Словно под гипнозом, и сама не могла отвести от него взгляд. Но с Тихоном и гипноз не нужен – он и так красивый, можно бесконечно любоваться. И глаза у него не карие, как оказалось.
– Зеленые! Ничего себе!
– Что?
– Говорю, что ты зеленоглазый. А я думала, что они у тебя коричневые…
– Это так важно?
– Да. Хочу заранее просчитать, какой у нас может получиться ребенок…
Я что-то несла такое странное, что и сама не могла бы объяснить. Совсем с ума сошла…
– Эй, голубки! Вы долго там будете миловаться? – Дядя Коля не вытерпел, крякнул, снова начал шебуршиться.
– Мы здороваемся. Сейчас опять будем с вами. – Тихон опомнился быстрее меня – шагнул чуть в сторону, присел за стол рядом с соседом.
– Наливку будешь?
– Нет, спасибо, дядь Коль. Она у вас больно ядреная. Стефа потом целоваться не хочет – говорит, от меня алкоголем несет!
– Ну-ну… То-то, я смотрю, она ночью на тебе висела, все никак не могла перегар разогнать…
Старик опять хмыкнул, с предвкушением глядя на тарелку, в которой уже плескался любимый Миланкин суп, и тут же забыл про нас. Он всегда умел правильно расставлять приоритеты.
– О, Тришка! А ты уже вернулся?! – Кирюхе надоело смотреть мультфильмы в комнате. И теперь он вольным ветром влетел на кухню. Прямо на своем трехколесном велике. – А мы тебя не ждали!
– Ты уже обедал? – Тихон кивнул ему приветственно, потрепал по макушке. Племянник даже не стал уворачиваться, значит, обиды уже успел позабыть.
– Ага. Мама вкусно готовит, даже лучше Стеши! Люблю, когда она дома!
Милка отвернулась к окну. Кирюха опят зацепил за больную тему. Она никак не могла себя простить, что ребенок ее почти не видит.
– Вот и хорошо. Она теперь будет дома намного чаще. Каждый вечер и по выходным.
– И спать? Правда? Спать тоже будет со мной? – В неверящих глазах ребенка плескалась такая радость отчаянная, такое счастье… Тихона сразу же захотелось убить: разве можно давать такие надежды, никак за свои слова не отвечая?! Кирюха не переживет, если обещания не сбудутся.
– Ну, спать вместе уже поздновато – все же, ты парень взрослый, умеешь и один справляться. Но укладывать тебя, купать, читать на ночь сказки – наверное, точно будет.
– Ура! Ура! Ура-ура-ура!!!
Кирюшка бросился на шею Тихону, с визгами и криками радости.
– Ура!
– Ты маму иди, обнимай, меня-то зачем? – Тихон как-то странно охрип и засипел. Не верилось, что он мог смутиться и растрогаться… Но слишком было похоже на это.
– Ты мне первый сказал! Спасибо! Я тебя тоже люблю, Тихон! Почти так же, как Стефа!
– Как Стефа? – Мужчина, конечно же, нашел, за что зацепиться. Бровью иронично повел.
– Ага. Я видел, как она на тебя смотрит, когда ты спал.
Моя челюсть отпала, Милана сдавленно хихикнула, дядя Коля слишком громко стукнул ложкой по тарелке, а потом и вовсе ее уронил. И только Тихон вообще никак не выразил своего удивления.
– Думаешь, это от любви? Может, она искала на мне место, чтобы удобнее придушить? Или еще что нехорошее замышляла?
– Нееее… – Малыш отлип от Тихона. Вспомнил про свой велик, уселся на него обратно. – Она ж тебя потом целовала. А если б хотела придушить, то кусила бы за шею и кровь выпила.
– Как вампир?
– Ага. – Он кивнул головой деловито. – Тогда бы ты устал, и душить было бы легче.
– Спасибо за идею, Кирюш. Буду теперь знать, как надо правильно делать. – Решила, что пора вмешаться в эту беседу. Вообще не улыбалось услышать еще что-то новое про то, как я «смотрю на Тихона». Я и сама еще не знала, как на него смотреть, между прочим!
– Ага. Мам, пойдем, поиграем со мной? У тебя же теперь есть время, да?
Глава 26