Э л и. К Линде у меня слабость. Сутулая и, если честно, не очень-то красивая. (Закуривает.) Но почему-то каждый старается вникнуть в ее настроение, предложить свои услуги. (Затягивается.) Обычный муж. Кажется, на фирме копировальных машин, четверо детей… Что привело ее в «Центр помощи»?

Л и н д а возвращается.

Л и н д а. Одолела совсем. Не могу справиться, терпение теряю. Тут Кнопф была бы незаменима.

У Эли на столе звонит телефон.

Ладно, я потом.

Э л и (Линде). Погоди. (В трубку.) Хелло, «контакт».

Г о л о с к л и е н т к и (видно, что она еле подбирает слова). Это… «Помощь».

Э л и (отчетливо выговаривая слова). На каком языке вы можете объясняться?

Г о л о с к л и е н т к и. На… немецкий.

Э л и. У вас есть телефон? Записываю.

Г о л о с к л и е н т к и. Это не срочно. Просто небольшой консультация.

Э л и. Хорошо, вам позвонят. (Набирает номер. Линде.) Занято. Так что с этой хроничкой?

Л и н д а (вяло машет рукой). Нужна регулярная помощь. Каждый день ее надо поддерживать. Сегодня ты ее убеждаешь не трогать дочь, и она соглашается. А завтра — все то же самое.

Э л и. Что там у них с дочерью?

Л и н д а. Ничего такого. Обычная подозрительность. Шагу не давала ступить девочке. А теперь той уже семнадцать. Загуляла. Все вечера мать звонит, требует, чтобы разыскали дочь, — что угодно, только бы не оставаться одной. Темная, слабая душа, и агрессивная. Жалко.

Э л и. Да, с этим справиться непросто. Но что-то ведь случилось? Видно, она недоговаривает тебе. (Снова набирает номер по красному аппарату, стоящему рядом.) Хелло, это Эли Вудворт, из «Центра помощи» Помогите, пожалуйста, объясниться с клиенткой по-немецки (Делает жест Линде подождать.) Хорошо. (Вешает трубку.) Ты что-нибудь предложила кардинальное? Такие истории иногда плохо кончаются.

Л и н д а (закуривая). Может быть, гипноз? (Внезапно поднимается.) Я, пожалуй, побегу! На процедуры опаздываю. (Останавливается в дверях в нерешительности.) Ладно, в другой раз. Счастливо! (Уходит.)

Э л и. Эти процедуры у нее просто как помешательство. Ездит в бассейн, на массаж, еще куда-то. А все без толку. Сутулится невообразимо и три волоска на голове. Видно, что в генах запрограммировано, то тебе и суждено. А человек только вносит свои поправочки. (Ищет что-то на столе.) Профессор Борн утверждает, что даже час смерти закодирован у каждого уже в момент рождения. Значит, нарушая законы жизни, мы можем лишь приблизить конец? Но не отдалить?

Звонок телефона. Песенка «Линии» иногда заглушает голос Эли.

Хелло? Да… Мисс Вудворт. Сейчас я подсоединяю переводчика. Нам помогут. (Звонит по красному аппарату.) Да, это я. Переводите, пожалуйста… Странное состояние по ночам? Так… Длится час с лишним… Так. Запишите, пожалуйста, два адреса, где можно пройти обследование… (Диктует адрес.) До свидания, миссис. Вы все хорошо поняли? Всегда к вашим услугам… (Вешает трубку.)

Снова звонок телефона.

«Контакт».

Сначала С т и в молчит, услышав женский голос.

Я вас слушаю.

С т и в (после паузы). Мисс… Извините, вы пьете?

Э л и. Конечно.

С т и в. А сколько? Какая ваша норма?

Э л и. Послушайте, вы позвонили сюда, значит, вас что-то беспокоит.

С т и в. Вот это меня и беспокоит.

Э л и. Тогда объясните, что именно.

С т и в. Мне все время хочется выпить.

Э л и. Выпейте.

С т и в. Я — уже.

Э л и. Значит, все в порядке.

С т и в. Не совсем. Вчера я прочел эти ваши… как их тесты… Ну, о пьющих. Знаете, я очень всполошился. У вас, к примеру, есть какая-то определенная норма? Ну ваша доза: разбавленная, неразбавленная?

Э л и. Что же вас напугало в тестах?

С т и в. Там сказано: если человек не может утром вспомнить часть вчерашнего разговора… или если он видит или слышит то, чего на самом деле нет… Это уже все… все кончено.