Входит Л е г к о в, в руке «дипломат». С ним возвращается К а л е н д а р е в.

Л е г к о в (видит Светлану, лицо его меняется; вообще у этого человека что на уме, то на лице). Света… (Идет к столу, садится. Олесе.) Не помешал? (Не ожидая ответа, Светлане, как будто никого нет.) Ну как ты? Думал, выпрыгну из этой чертовой электрички — так хотелось тебя видеть. Нет, девочки, пора на магнитных подушках поездам ходить, чтоб сверхскоростные были. (Обнимает ее.)

С в е т л а н а (озираясь, смущенно). Ты что, ей-богу… Смотрят все.

Л е г к о в. Ну и что?

С в е т л а н а. Пойдем отсюда.

Л е г к о в. Из всего ты делаешь секрет. (Снова обнимает.) Не дури, сейчас мы устроим праздник. У нас есть что отметить. (Подмигивая, торжественно вынимает две бутылки шампанского.)

К а л е н д а р е в. Шикарно!

Р ы б к и н. Ого!

О л е с я. Даже слишком.

Л е г к о в. А вечером продолжим. (Поглядев на Светлану.) Ты не против?

К а л е н д а р е в (вспыхнув). Хотите, устроим фейерверк в вашу честь? (Сник.) Нет, вечерком не получится. Открытие эстрадно-молодежного кафе. Специальная программа.

О л е с я. Ну и что? Потопчемся, молодость вспомним.

К а л е н д а р е в. Все уже по минутам заметано, запятую не переставишь.

Л е г к о в. И что будет?

К а л е н д а р е в. Мое небольшое выступление, потом…

О л е с я. Потом суп с котом.

К а л е н д а р е в. Потом краковяк, танго, вальс — что хочешь.

О л е с я. Ладно тебе. Ребята к быстрому привыкли, а мы к танго вернемся.

К а л е н д а р е в. Ну и вернешься ради открытия. (Весело.) Да что ты завелась? Установка такая, понимаешь?

О л е с я. Не ври, какая еще установка? Все давно что хотят танцуют. Уж скажи, что тебе до фонаря, что салон, что бассейн, — лишь бы открыть.

К а л е н д а р е в (миролюбиво). Ну дай провести мероприятие спокойно.

О л е с я (со слезой). Ты же сам любил все современное, последнее, заводное, сам нас агитировал! (Махнула рукой.)

К а л е н д а р е в. Спокойно. (Обнимает ее.) Времена меняются, ласточка. И мы от них не должны отставать.

О л е с я. А мы? Не время, что ли?

К а л е н д а р е в. Ну… в общем-то, да. Но есть и помоложе кадры.

О л е с я. Ладно, посмотрим, что под твои краковяки будут твои молодые кадры танцевать.

К а л е н д а р е в. Ну что ты завелась? Все будет, дай срок. (Мечтательно.) Ах, братцы, какие же я в Москве ансамбли открыл бесподобные: «Автограф», «Второе дыхание», «Последний шанс». (Легкову.) Не слышали?

Л е г к о в (с трудом отрываясь от Светланы). Да… «Последний шанс» — это вы точно сформулировали… (Растерянно трет лоб.) Вспомнил! Болван! У меня (роется в «дипломате») ведь еще кое-что припасено. Вам (протягивает Олесе футляр) и вам (дает Календареву пластинку).

О л е с я (рассматривает футляр). Ой, что это?

С в е т л а н а. Наверное, гантели.

К а л е н д а р е в. Обручальные кольца…

О л е с я (вскипает). Ну, Легков! Ну, угодил! (Бросается его обнимать.) Бывают же такие мужики, как сюрпризы природы. (Показывает оранжевый фен для укладки волос.) Мечта! И как вы догадались?

Л е г к о в (довольный). Видение ночью было. Похожее на него. (Показывает на Календарева.)

К а л е н д а р е в (рассматривая пластинку). Ух ты! Надо же, «Арсенал». Это что, прямо на прилавке?

Л е г к о в. В Академии — киоск с книгами и пластинками. (Придвигает шампанское.) Осторожно! Внимание, начали! (Раскупоривает.)

О л е с я. Отпразднуем нашу встречу.

Л е г к о в. Насчет пластинок, если откровенно, Нерукотворов посоветовал. В наш киоск, говорит, небось не заглядывал, так учти, даже в Доме композиторов того не найдешь. Я и…

В с е (переглядываясь, в один голос). Нерукотворов???

Л е г к о в. А что, знакомый?