Позавтракали и пошли на лесопилку работать — день короток, надо успеть много. Весна — время такое, прохлаждаться не велит.

Работал я тоже рассеянно, на автопилоте. Надо пилить — пилю, надо тащить — тащу, надо бревно на станок закинуть — закидываю. Вот только то, что на другом конце двуручки нет никого, что тащу вместе с повисшим на доске парнем и закидываю бревна почти в обхват толщиной, словно жерди для плетня… Что ж тут скажешь? Да, я сильный. И рассеянный.

Мужики поудивлялись немного вначале, но быстро приняли, как данность и спокойно перестроили в соответствии с этим работу. Дело пошло.

Думаю вчерашний простой мы уже за первую половину дня нагнали.

К полудню на обед прервались. Там я глазами Верию нашарил и подошел к ней, постаравшись, правда, внимания не привлекать.

— Здравствуй, Миш, ты чего чудной сегодня такой? — спросила она, когда мы с ней в сторонку отошли.

— Богиня ответила, — почесал в затылке я.

— Как ответила? — даже растерялась девушка.

— Словами, — пожал плечами я. — Сказала, что ты и так уже на первой неделе. Так что кончай тяжести таскать, не дай Творец, ребенку повредишь.

— Ребенку? — неверяще посмотрела на меня она. В глазах ее боролись неверие и радость.

— Боги врать не могут. А не веришь, к бабке-травнице сходи. Думаю, через недельку уже определить можно будет наметанным глазом… Или через две, — счастье в ее взгляде победило неверие и Верия попыталась броситься мне на шею от радости.

— Стой! — резко отстранился я. — Не прикасайся — Благословение Богини собьешь!

— Как это? — в растерянности остановилась девушка.

— Ладора тебя благословила, но ко мне тебе прикасаться нельзя, даже случайно, а то Благословение рассеется, — пояснил я ей. — Не веришь — в капище сходи, со служительницей побеседуй. Да и поблагодари богиню заодно.

— Схожу, — серьезно кивнула она. — Но как же… Богиня…

— Кто знает? — пожал плечами я. — Она же богиня. Захотела, вот и ответила. Не будет же она перед нами отчет держать что да почему делает?

— Это да, — задумалась Верия.

— Только, про меня не болтай, пожалуйста, — попросил я. — А то ведь если слух пойдет, что мне боги отвечают — замучат. Продыху не дадут просьбами. Да еще и обижаться будут. Так что только между нами, хорошо?

— Ладно, — серьезно кивнула Верия.

— Надеюсь на тебя! — улыбнулся я, понимая, что уже завтра вся деревня только об этом и будет судачить. На женское молчание надежды нет никакой. Так что буду готовиться отбиваться от потока страждущих.

Вот только вернувшись к столу, я понял, что судачить начнут уже сегодня — ко мне шла Ладора. Лично. Собственной своей божественной персоной. Жест рука-лицо выполнился просто сам собой. Но хоть нецензурная брань осталась непроизнесенной вслух. А то бы еще обиделась.

— Здравствуй, Логин, — ни мало не стесняясь направленных на нее взглядов, подошла и поздоровалась она, опуская на стол рядом со мной красивый платок, завязанный на узелок, в каких местные женщины мужьям обеды носят.

И глаза ее при этом смеялись. Все она прекрасно понимает — дошло до меня. Понимает и все равно делает. Зараза. Ну, а что? Это ж так весело над Бессмертным О’Мао поиздеваться.

Но злости почему-то все равно не было. Видимо прав был вчера Апанас — слишком уж у меня «хвост колечком» для Волкодава. Вот и пользуются этим все подряд, кто для выгоды, а кто вот так: просто для развлечения.

— Здравствуй, — выдавил приветливую улыбку я, поднимаясь на встречу. Она же приблизилась еще и поцеловала в щеку. Уши мои заалели, словно маки. Возможно над ними даже воздух перегретый заструился. Я чуть заторможенно опустился обратно на свое место.

— Я тут тебе покушать собрала. Проголодался небось после работы-то? — сказала она, садясь на лавку рядом со мной и начиная развязывать платок. — Не побрезгуй уж.

— Спасибо, — неуверенно ответил я. Вот как в такой ситуации себя держать? Ведь не требует ничего, не пристает, даже и намеков никаких ни на что не делает. Начнешь возмущаться — и предъявить нечего, все невинно. Просто в благодарность за пришедшийся по душе подарок поцеловала, без каких-либо намерений и намеков. Просто принесла покушать, решив проявить немного заботы. Что в этом такого-то? Вот захотелось и принесла.

А то, что все вокруг уверены теперь, что мы как минимум любовники (а зная местные нравы, то скорее, что она невеста моя), так это проблемы озабоченных «всех», которые ни чего другого вообразить не в состоянии.

И все она понимает. И веселится страсть как, что чуть смешинки из глаз не сыплются.

Узелок поддался ловким пальчикам и на свет появилась нехитрая снедь: квасу крынка (с горлышком, завязанным какой-то плотной тканью, чтобы содержимое не расплескивалось), лучок зеленый, петрушка, укроп, хлеба краюха, сала кусок, яйца вареные, соли узелок, картоха вареная и огурцы с помидорами… красными, спелыми. Ага. В середине весны. Палево. Жесть…