— Я так понял, что он зарабатывает иным способом?

— Так точно! Черный брокер. Достает и обменивает разнообразные редкости и нумизматику.

— Ничего, черти, не боятся! Никак у него покровители имеются?

— Не без них, товарищ полковник.

Начальник департамента внутренней безопасности столичного МГБ задумался. Не его это профиль, а третьего экономического отдела. Но что-то тут все равно настораживает.

— Так, подожди. Раз брокер, то Рокотов чего-то у него покупал?

— К сожалению, сам момент передачи отснять не удалось. Они проводили её в подвале, а на даче жучки не поставить. У замдепартамента собственная охрана.

— Откуда?

— Боятся происков иностранных спецслужб.

Полковник застучал костяшками по столешнице:

— А попросту прикрывают свои темные делишки! Ты сам какие мысли на этот счет имеешь?

— Рокотов скорее всего получил от брокера нечто, имеющее ценность на Западе.

— Например?

— Некие ценные бумаги. Их вывезти в дипломатической почте намного проще, да и продать можно, не засветившись, через Комнет. Неизвестные же вышли из дачи с довольно тяжелым чемоданом.

Власик дернулся. Вот чем его постоянно раздражал Ковалев, — не может донести все сразу.

— Так, что еще за неизвестные?

— Ломакину помогали двое. Они и увезли чемодан с невыясненным содержимым. Тащил его здоровый парень, но и по нему было заметно, что поклажа тяжелая.

— Надеюсь, вы за ними проследили?

— Не получилось, товарищ полковник. Они как будто растворились в городе.

— Вы в своем уме? У нас везде камеры, и они должны были использовать именные карточки.

— Использование карточек засекли, но те оказались выписаны на чужие имена.

— Взломщики? — Власик снова застукал костяшками. Пусть Ковалев и обормот, но с таким богатым материалом в клюве пожаловал именно к нему. А это стоит ценить. — По новой системе распознавания лиц пробили?

— Они засветились пару дней назад. Но если бы не искали пристально, то могли запросто упустить. Высаживались с электрички на Ярославском вокзале. Рабочее кепи с длинным козырьком, светозащитные очки, высокие воротники. Даже походка изменена.

Власик уже не мог сдерживаться, вскочил с места и нервно подошел к окну. Вид из здания на Лубянке был непримечательный, особенно после переустройства центра. Зря все-таки здесь понастроили высоток, поломав старую архитектуру. Захотели, понимаешь, не отставать от «мирового сообщества».

— Ломакина уже взяли?

— Никак нет. Он под ЦэКа. Нужны веские основания для ареста.

— Совсем партийцы оборзели!

— Обстоятельства.

Полковник не стал поворачиваться, в этот момент его лицо перекосилось от злобы. Вечная вражда между партийным аппаратом и службой безопасности. И зачем наверху оставили этот хрупкий баланс?

«Забыли, пидары, заветы товарища Берия!»

— Тогда давай так. Установи осторожно наблюдение за Соловьевым. При таком происхождении у него наверняка в комитете полно недоброжелателей. Усекаешь?

— А если смежники поинтересуются?

— Посылай ко мне. Странная какая-то дружба референта с нелегальным менялой, да еще м МИДовец в придачу. Будет хоть чуточку больше конкретного материала, я у Самого получу ордер. Нам еще одного беглеца на счастливый Запад не хватало!

— Будет сделан, товарищ полковник!

— Иди выполняй! — как только за майором закрылась дверь, Власик нажал кнопку селектора. — Мариночка, пожалуйста, кофе и вызови Николаева.

Минут через пять в кабинет вошла секретарша. Обманчивый вид хрупкой блондинки скрывал под собой мастера единоборств и невероятно ловкого стрелка из пистолета. Чемпион области как-никак! Да и с головой было все в полном порядке.

— Ваш кофе.

— Сделала копию?

— На подносе.

Власик аккуратно приподнял салфетку и усмехнулся. Мариночка — это лучшее приобретение в этом департаменте. Не надо лишний раз ничего говорить. Запись их разговора занесена на мини-дискету, а исходный материал отправлен в специальный архив, к которому имеется доступ у очень немногих.

— Семен Георгиевич!

— Андрей, давай без политеса. Возьми, пожалуйста, вот это и через пару часов донеси мне все, что ты на этот счет думаешь.

— От кого привет? — седовласый подполковник госбезопасности осторожно засунул дискету в карман кителя.

— Ковалев.

— Опять этот раздолбай в клювике что-то ценное принес?

— Он, конечно, раздолбай, как и вся нынешняя молодежь, но нюх как у породистой ищейки.

— Подойти или…

— Пришли аналитическую записку по внутренней сети отдела и распиши возможные действия и их последствия. Придется работать осторожно.