Шрифт:
Но нет. Или как минимум — не только ради этого.
Головоломка собиралась достаточно просто. И у Мийола на руках имелся полный набор деталей для нужного вывода.
Где построен Лагор?
Правильно: неподалёку от границы среднего чернолесья.
Что происходит на границе дальнего диколесья и ближнего чернолесья?
Мутации. Из статистически значимых они становятся практически неизбежными.
Кто такие люди?
Тоже разновидность живых существ, подверженных мутациям в слишком мощном потоке Природной Силы: доказано магоклонами самого Мийола.
К добру ли, к худу, но люди — это не гномы, которые к такому влиянию весьма стойки, и не алурины, которые уже имеют видовую мутацию на скрытность, а в более плотном фоне просто способные развивать её быстрее и легче, чем в фоне разрежённом.
Мутации людей, рождённых и развившихся как вид в зелёных зонах — спонтанны и часто несовместимы. В ничем не ограниченном потоке на месте, где выстроен Лагор, обычные люди с гарантией превращались бы в необычных, получали случайные Атрибуты, формировали Ядра Сути, как звери-подавители…
И вымирали.
Не мгновенно, но по меркам биологической эволюции — быстро.
Строгость селекционной евгеники кланов — не прихоть, а жестокая необходимость. За своё могущество наследственные маги и Воины платят, помимо прочего, сложностями с размножением и продолжением рода. Не защищённые от влияния незримых потоков энергии, обычные люди в Лагоре получали бы такие же трансформы плоти, духа и ума, как клановцы. Но спонтанные, не контролируемые и нестабильные. Полный набор тех же преимуществ с гипертрофированными минусами, приводящими уже на втором, много — третьем поколении в эволюционный тупик.
Вот если рождённый простецами докажет, что в нём достаточно велико стремление к силе, что ему хватает таланта, упорства и ума, чтобы подниматься по одному из Путей — тогда да. Тогда шаг за шагом, уровень за уровнем и ранг за рангом обычный человек может перековать себя.
Сам. Своим выбором, упорством, трудом.
И двери таких мест, как массив Ла на скрещении эль-12 и ка-84, откроются перед ним или нею. Вот как открылись они перед Мийолом.
Новичок 10: экзаменация 2
— Мэтр Кемват? Рад знакомству, — поклон уважения.
— Хм.
Глянув на Мийола, невысокий и жилистый мужчина повёл себя странновато: прижмурил и без того полузакрытые глаза. Но призыватель не обманулся: некоторое характерное шевеление ауры мэтра свидетельствовало, что тот изучает его за счёт какого-то приёма управления праной. Не Чуткость краткая — нечто более специфичное, продолжительное, но при этом и более глубокое.
От Воина в ранге Мастера Основ можно ожидать даже чего-то сугубо личного. Каких-то сенсорных навыков, завязанных именно на персональные особенности Ядра Сути.
«Адски неожиданно. Человек, достигший второго из мастерских рангов как боец — и при этом преподаёт танцы? Что-то тут не так…
Ну, или я плохо понимаю устройство Рубежных Городов. Или чего-то не знаю о танцах.
…и крепко недооцениваю связи моего всесторонне прекрасного куратора».
— Меня направила к вам глубокоуважаемая Никасси из гильдии Сарекси. Вот её записка.
— Ясно. Пройдёмте.
Двинувшись следом за мэтром Кемватом, Мийол смотрел — и искренне поражался.
Ранее он отмечал, что его куратор двигается очень плавно, хотя и быстро, с выверенной, въевшейся в каждую жилу и каждый нерв грацией. Видывал он и других обладателей хорошей пластики — в первую очередь, конечно, Воинов разных рангов. Одна Урма с её, мнэ… задорными округлостями чего стоит!
Так вот: все они оптом и в розницу, от Воинов и до Никасси включительно, казались лишь бледными тенями мэтра Кемвата. Притом, что тот просто шёл, указывая путь, но…
«Просто шёл»? Ха!
Раньше Мийол полагал: кочующее по старинным фолиантам, ставшее пошлым штампом сравнение походки с течением воды и дуновением ветра — чистая поэзия, преувеличение. Однако недолгое наблюдение за Мастером Основ, идущим именно так — как бы абсолютно естественно, но притом, ясное дело, тщательно контролируя каждый мускул — показало: не поэзия. Скорее, чуть ли не буквальное техническое описание.
Оказывается, бывают живые люди, каждое движение которых — поэма импровизаций.
Приблизиться к совершенству тебе уже не удастся. Что ж, если за образец совершенства или чего-то близкого Никасси держала мэтра Кемвата, то… придётся смирить амбиции.
Не удастся.
Десятилетия планомерной работы над собой, вероятно, с самого малого возраста, лет с трёх или ещё меньше, под внимательным надзором опытных наставников, создают задел, который можно уменьшить. Который уже хочется уменьшить!