– Случайное знакомство. Район-то не так уж велик – всего около шести с половиной тысяч человек… Не все, разумеется, знакомы друг с другом – в таких модных предместьях полно ханжей, – но нас познакомили. Мы побывали у них по меньшей мере на паре вечеринок. Может, даже больше. То время я помню смутно. Мы с Полом переживали трудный период. И много выпивали.

Я умолкла, не желая вдаваться в подробности, опасаясь ляпнуть лишнее. Но поняла, что должна. Я так погрязла в моральной дыре, что не знала, смогу ли когда-нибудь выбраться.

– Короче говоря, я знала Бишопов, когда согласилась оценить психическое состояние их сына.

– Почему же вы согласились?

Я словно онемела. Может, моя душа куда-то переселилась. Может, мой мозг уснул.

– Я не горжусь этим, – наконец ответила я. По моей щеке скатилась одинокая слезинка. Дав себе обещание, что она будет последней, я добавила: – Но, по-моему, мне просто захотелось участвовать в этом деле. Не хотелось узнавать о нем из газет. И мне хотелось помочь.

– Вот же черт, – пробурчал Старчик.

Я опять прижала руки к вискам. У меня возникло тошнотворное ощущение.

– Вы можете остановиться?

– Мы почти на месте.

Я постаралась продышаться.

– А почему вы вообще опять заинтересовались этим делом? Пытаетесь прикрыть свои ошибки? Принуждение Тома?

– Э нет! Да, мы наделали ошибок, дали тому гаду ускользнуть, но я никого не принуждал. Я не знаю, почему мальчишка обвинил свою мать. Да причина и не важна – она ведь признала себя виновной. Дело закрыли. А заинтересовался я потому, что дело так и не отпустило меня. Кто тот неизвестный парень, которого мы не смогли найти?.. И вы, видимо, задаетесь тем же вопросом. Судмедэксперт осмотрел все раны, нанесенные Дэвиду Бишопу. Он посмотрел на Лору, на ее размеры и руки, и сказал: «Ну нет. Тут действовал кто-то намного сильнее и выше, чем она. Ведь Дэвид Бишоп боролся с тем парнем».

«Страшная драка…»

Старчик свернул на узкую боковую дорогу.

– Отлично. Теперь вы должны подсказать мне, где та юрта.

– Скоро будет. Вот только выедем на грунтовку. Я покажу вам.

У меня зашумело в голове. Как же трудно спускаться с небес на землю, трудно вообще докопаться до правды… Что мы найдем на середине горы? Сможем ли после всего этого вернуться к нормальной жизни? Сумею ли я найти выход или всему конец?

А все началось с того гребаного романа. С Пола и его любовницы. Нам понадобилась вечность, чтобы пережить его. Бесконечные ссоры, слезы и выпивка – не лучшая глава моей жизни.

Заводя роман, вы должны в каком-то смысле раздвоиться. Должны быть способны вести двойную жизнь, полностью разграничив мир своих чувств. Это нелегко сделать. Если вы пережили травму, то некоторые события могут быть похоронены в глубине вашего сознания. Но непреднамеренно. Если же вы изменили и скрыли измену, то это другое дело, гораздо более жуткое. И Пол оказался способным на такую жуть.

Может, я стала психотерапевтом, чтобы всю свою жизнь общаться с психопатами. Может, сама того не сознавая, вышла замуж за своего отца. Знание психологии не защищает вас от совершения ужасных ошибок. Хороший анекдот. Невозможно избежать того, что жизнь приготовила для вас.

– Вон она, – я показала на появившуюся впереди грунтовку.

Старчик притормозил и свернул на нее. Мы ползли вверх по ухабистой дороге. Он пошарил рукой где-то под сиденьем и достал пистолет.

– Боже, – изумилась я, – что происходит?

Мне захотелось выпрыгнуть из машины и убежать. Просто убежать. Назад к тому времени и месту, когда жизнь была нормальной.

В то блаженно забытое прошлое.

– Вы не собираетесь вызвать подкрепление? – Чем ближе мы подъезжали, тем тревожнее становилось у меня на душе.

– Сначала нужно понять, что там происходит, – отозвался Старчик.

Из-за тряски по колдобинам мне оставалось лишь держаться из последних сил, ожидая появления знакомого участка. Небольшого уединенного владения Мэдисон и Хантера, где даже воплей никто не услышит.

Старчик выдал мне один из своих быстрых взглядов.

– С вами все в порядке?

Я вдруг осознала, что сижу, тихо посмеиваясь.

– Нет, не все. – Видимо, здравомыслие я оставила в больнице с сыном.

На одной стороне поляны припарковался наш пикап. Там по-прежнему стояла и моя арендованная машина, как и «Эскалейд» друзей моей дочери, и ее «Субару». Становилось тесновато.

Старчик добавил к этой парковке свой пикап.

– Оставайтесь в машине.

Он вышел с пистолетом в руках и двинулся к юрте, подобно копам из телешоу. Я никого не видела. Тихо кудахтали курицы. В верхушках деревьев шелестел ветер. Начался вечер, часы на моем телефоне показали половину шестого. Заряд батареи сократился до пятнадцати процентов. Связь отсутствовала. Вдобавок ко всему у меня начало урчать в животе.

– Привет! – Старчик остановился около юрты, сбоку от двери. – Есть кто-нибудь дома?