Проверив, на месте ли я, он начал обходить дом. Как только исчез из поля зрения, я вылезла из его тачки. Идиотское ожидание! Если бы я просидела там еще секунду, то могла бы свихнуться.

– Майкл?

Никакого ответа. Я направилась к юрте, проходя мимо штабеля пиломатериалов, с лежавшей на них дрелью, запитанной от аккумулятора.

– Привет? Есть кто-нибудь?

Старчик сейчас, безусловно, скривился, услышав мой голос. Но у нас все равно не получилось бы воспользоваться неожиданностью – любой здесь услышал бы, как мы подъезжаем. Я открыла входную дверь. Еще не переступив порог, сразу почувствовала запах.

Густой, медный. Тошнотворный сладковатый запах.

У меня перехватило дыхание. Моя рука продолжала сжимать дверную ручку. Я застыла на пороге, глядя на два распростертых на полу тела. Мэдисон. И, видимо, ее парень Хантер, которого я так ни разу толком и не видела.

Похоже, их забили до смерти молотком.

Два мертвых человека, видимо, рухнули друг на друга и лежали, распластавшись. Повсюду виднелись брызги крови. Жестокая, тяжелая смерть. К горлу подступила тошнота. Я выскочила из юрты, рухнула на землю, и меня тут же вырвало на подвытоптанную траву.

За спиной я смутно ощутила чьи-то быстрые шаги.

– Какого хрена? – Старчик остановился, увидев меня, увидев открытую дверь. Он сделал три напряженных шага и заглянул внутрь. – Боже… Вот дерьмо…

Согнувшись, я старалась глубоко дышать, чтобы не потерять сознание.

– Там друзья моей… Они… – Я пыталась объяснить, что за люди в доме, но прежде чем мне удалось выдавить еще хоть слово, из леса донесся крик.

Я глянула в ту сторону, похолодев от ужаса.

Старчик напрягся, подняв пистолет.

– Дерьмо, – вновь буркнул он.

Кричала женщина.

Старчик попытался сделать звонок.

– Ни хрена. Вот облом! Ни хрена… – Он что-то бормотал о том, что если бы приехал на служебной полицейской машине, то сразу смог бы вызвать подмогу.

Я не сводила глаз с леса.

Я узнала бы этот крик где угодно.

Кричала моя дочь.

Я начала двигаться в том направлении.

– Эй, постойте! – хрипло прошептал Старчик. – Эй… эй…

– Делайте что хотите, – отозвалась я, – мой ребенок в беде.

Зайдя в лес, я увидела тропу. Возможно, именно о ней говорил Майкл: о тропе, ведущей на вершину горы. Криков больше не слышалось. Но в моих ушах еще звучал тот первый вопль. Осторожно продвигаясь вперед, я то и дело останавливалась и прислушивалась. В лесу стояла тишина, даже птицы примолкли. Лишь слабый шелест листвы. Легкий ветерок доносил запахи сосны и ольхи. Четкие, резкие запахи. Предвестники осени.

Я жила среди таких деревьев, ими зарос мой задний двор. Полный таинственных и интересных мест. Мест, где можно спрятаться.

– Джони! – невольно вырвалось у меня ее имя.

Лес ответил все тем же безмолвием.

Я двинулась дальше. Узкая тропа все-таки различима, хотя местами заросла подлеском. Склон становился все круче, и я, задыхаясь и упираясь ладонями в колени, поднималась по тропе, обходя высокие кустарники. Не слыша больше никаких призывов, я сомневалась, что шла в нужном направлении.

– Джо-о-они-и-и!

Я остановилась и прислушалась, но теперь услышала лишь собственное затрудненное дыхание. Уже подумывала, не повернуть ли назад. У меня, конечно, имелись определенные ориентиры – солнце клонилось к деревьям справа от меня, значит, там запад. А стало быть, я двигалась на север. Сомнительно, что мне сможет помочь хорошая ориентация. И тем не менее вернулось ощущение самообладания и…

Грохнувший позади меня выстрел подобно удару грома прокатился по лесу, отражаясь от деревьев, отражаясь от склона высокой горы.

Старчик?

В кого он стрелял?

Я мысленно разрывалась, не зная, что мне лучше делать. Если продолжу подъем, то еще неизвестно, найду ли дочь. Ответы могут оставаться там, откуда я пришла. Может, Старчик сделал предупредительный выстрел?

Но если я продолжу подъем… Майкл ведь говорил, что ближе к вершине появляется телефонная связь. Там я наконец смогу вызвать подмогу.

Конечно, теперь, когда я, отдавшись на волю судьбы, готова позвонить копам, мой телефон по-прежнему не ловит сигнал. И у меня осталось всего одиннадцать процентов заряда батареи.

Я бросилась вперед, выкрикивая имя дочери. Кто-то жестоко убил ее друзей. А теперь, возможно, ее утащили в горы…

От всего случившегося в голове моей царил полный сумбур. Сначала в нашей жизни появился Майкл. Может, конечно, случайно. Это один шанс из миллиона, но не невозможно. Майкл встречался с Джони. Майкл скрывал от нее свою темную правду, пока не узнал, что она моя дочь. Попытался исправить положение, симулируя потерю памяти, заставив меня помочь ему восстановить ее.