Ребенок. Малыш. Сын или дочка. Мне бы сына хотелось, потому что еще одна такая же принцесса точно загонит меня в могилу. Хотя вроде седые волосы нынче в тренде…

— Кресло-качалка? — удивляется Диана новому ракурсу. — Для меня?

— Ну да. Это вроде удобно, сел, а тебя качает. Кресло сделает за тебя всю работу.

— Мне очень нравятся цвета. Такое все нежное. Или это фильтры?

— В реальности тоже все так будет. Начнем через пару месяцев?

— Ага…

Я листаю фотки дальше, и тут на весь экран вылезает сохраненный скриншот с кольцом. На днях я просматривал разные варианты для Динь-Динь, и, видимо, один сохранился куда-то не туда. Совсем не туда.

Закрывать уже поздно, фея успела все разглядеть. В том числе и цену, блин.

— Нравится? — спрашиваю так, будто это в порядке вещей.

— Оно ужасно дорогое, — Дианка закусывает губу и запрокидывает голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — А на колено встанешь?

— Встану.

— Тогда я, кажется, согласна…

— Тоталитаризм, ангелочек. У тебя и выбора-то нет.

Зефирка фыркает и трется кончиком носа о мою шею, а я делаю вид, что не заметил, как ее губы расплылись в довольной улыбке вредного чеширского кота.

Глава 36

Охренеть.

Просто охренеть.

Я вижу зефирку в свадебном платье, и у меня язык присыхает к небу. Нет, я и до этого считал Диану красивой, но сейчас это такой дикий восторг, что я глаз от нее оторвать не могу.

Она такая мягкая и нежная в этом воздушном облаке из ткани. В волосах у нее какие-то цветочки, в руках букет, который идеально вписывается в общую картинку. Фея маленькими шажочками скользит к арке, где я от ожидания уже не могу спокойно стоять на месте, и смотрит прямо на меня. Как будто остальных для нее не существует.

Я буду последним идиотом на земле, если просру все это.

— Ужасно волнуюсь, — закусив губу, произносит Диана, оказавшись рядом.

Забрав у нее букет, я кладу его на какой-то столик и накрываю ее дрожащие ладошки.

— Планируешь побег? — шепчу, чтобы больше никто не услышал.

— Размечтался.

У нас тихая, практически семейная церемония с узким кругом лиц. От силы наберется человек двадцать в зале, ну и плюс мы, но Диана все равно ужасно стесняется и краснеет во время поцелуя. А я не могу сдержаться и углубляю его, потому что в голову ударяет осознание, что она теперь даже по паспорту моя.

Пару раз мы пропускаем это несчастное «горько», слишком увлекшись друг другом. Фея почти ничего не ест из-за стресса и нервов.

— Ты хочешь в обморок упасть во время свадебного танца? — спрашиваю, коснувшись губами ее ушка.

— Торт жду, — очень мило куксится она, отодвигая от себя тарелку с каким-то салатом.

— А нигде не слипнется? — я посмеиваюсь, потому что в последние дни моя жена сметает шоколад, пирожные и печеньки у нас дома с какой-то нечеловеческой скоростью. Только и успеваю, что пополнять запасы.

— С тобой я делиться не буду, — фыркает мой ангелочек, увернувшись от нового поцелуя в шею.

— Не дашь мне попробовать долбаный торт, начинку к которому мы выбирали три часа?

Без преувеличений. Три часа я торчал с беременной невестой, которая рыдала, потому что никак не могла определиться, и ненормальной кондитершей с незатыкающимся ртом.

— Не дам, — выносит свой вердикт Дианка.

— И с гостями не поделишься?

— Поделюсь. Одна я все равно его не съем. Жалко будет, если испортится.

— Я тебя и такую вредную люблю, — припечатываю фею тем, что ей всегда очень нравится слышать.

По несколько раз на дню повторяю вариации этой фразы, чтобы мой уже немного пузатый пингвин улыбался.

После первого танца Дианку утаскивают девочки, чтобы показать ей видео и фотки, а я сдвигаю брови к переносице, когда вижу на экране своего телефона сообщение от Вилки с просьбой выйти на улицу.

Прикинув, что в случае отказа она сама может подняться, я все-таки спускаюсь на первый этаж и толкаю дверь на улицу, сразу заметив маленький оранжевый фонарик в темноте. Виола машет мне рукой с зажатой между пальцами сигаретой, и я иду к ней.

— Поздравить тебя хотела. И посочувствовать, девочка добилась своего, ты окольцован, а она вроде с животом уже.

— Это все?

— Нет, я уезжаю завтра утром. Перебираюсь в Екатеринбург, у нас там филиал открывается, меня поставили руководителем, — неожиданно улыбается Вилка.

— Рад за тебя. На этом поставим точку.

— Вот так просто? Не пожалеешь?

— Не о чем жалеть, Ви.

— Я думала, ты тоже что-то ко мне чувствуешь. Знаешь, мы могли бы встречаться время от времени, — она пальцами скользит по моей рубашке. — Без обязательств. Твоя маленькая жена ни о чем не узнает.