— Ax, Лэнгли, извини меня. Ты, чтоже, даже не завтракал?

— Нет, миледи.

— Подожди, я сейчас принесу что-нибудь.

— Ни в коем случае, миледи. Герцог запрещает, вам вмешиваться в дела персонала,

— Ввиду состояния моего здоровья? — удивилась Дафна. — Но, Лэнгли, ведь мое состояние — это не смертельное заболевание.

При одном только упоминании о беременности Лэнгли покраснел.

— Нет, нет, миледи, герцог был очень категоричен.

— О Господи! — Дафна закатила глаза, — Хорошо, я пришлю кого-нибудь с кухни.

— Буду вам очень благодарен, ваша светлость. И не волнуйтесь — я сразу сообщу вам, если кто-нибудь появится.

Дафна отправилась на кухню, но едва она вошла, как

кухарка замахала на нее руками:

— Нет, миледи, герцог строжайше запретил…

— Знаю, знаю. — Дафна вздохнула. — Я просто пришла сказать, чтобы Лэнгли принесли завтрак. Бедняга с рассвета стоит в дверях, как часовой. Жалко смотреть на него.

— Хорошо, миледи. — Увидев, что герцогиня не делает попыток ослушаться супруга, кухарка расслабилась. Она подала Дафне целую тарелку с пирожными: — Вы должны скушать что-нибудь, миледи, ведь вы совсем не притронулись к завтраку.

Несмотря на то что пирожные выглядели очень аппетитно, Дафна сразу почувствовала дурноту.

— Нет, нет» спасибо. — Вам надо обязательно поддерживать силы — свои и ребенка, — категорично заявила кухарка и, вручив Дафне тарелку с пирожными, тут же отвернулась и занялась своими делами.

Дафна вышла с пирожными в холл, но ароматный запах, от которого у любого человека потекли бы слюнки, только усиливал тошноту. Она, беспомощно оглядываясь, размышляла, кому бы отдать пирожные. Случай помог ей. Дверь из классной комнаты резко распахнулась, и из нее выскочила девочка лет двенадцати. С разбегу она налетела на Дафну и, едва не потеряв равновесия, уцепилась за ее юбку. Дафна побледнела еще больше. Неприятные спазмы в желудке усилились.

— Ах, простите, госпожа, я нечаянно, — залепетала девочка, — у нас только что кончились уроки, и я бежала домой…

Не говоря ни слова, Дафна сунула ей в руки тарелку с пирожными и устремилась в туалетную.

Когда мучительные спазмы немного утихли, она обессилено прислонилась к стенке.

— Попробуйте, это должно помочь. — У распахнутой двери туалетной стояла Сара и протягивала ей мокрое полотенце. — Приложите это к голове минуты на две и старайтесь дышать ровно.

Дафна последовала ее совету, и через несколько минут с радостью заметила, что тошнота действительно прошла,

— Спасибо, Сара, слава Богу, все прошло.

— Не волнуйтесь, все еще вернется, во всяком случае, на следующее утро. — Она помогла Дафне встать. — Пойдемте в классную комнату, вам надо немного посидеть. Наверняка вы не завтракали, так ведь?

— Да, совсем не хочется, — призналась Дафна.

— Я так и думала. Если желудок пустой, то тошнит сильнее. Надо обязательно кушать хоть понемножку, даже пересиливая себя, — поучала ее Сара.

— А что, тошнота обязательно должна быть?

Сара вздохнула:

— Конечно. Поэтому нужно принимать кое-какие-меры.

Я сама так поступаю, и мне гораздо легче. Обязательно надо завтракать, желательно что-нибудь простое, нежирное. И еще надо научиться плавно и глубоко дышать — очень помогает. — Спасибо, Сара. — Дафна улыбнулась. — Знаете, судьба нас постоянно сталкивает. Сначала в Доме непреходящей надежды, потом у Бентли и теперь здесь вы помогаете мне мудрым советом.

— Спасибо, — ответила Сара, тронутая теплыми словами Дафны, — ведь я так счастлива! Я даже не представляла, что обучение детей доставляет столько радости, пока вы не предоставили мне такую возможность.

— Знаете, — вдруг сказала Дафна, — ведь вы единственная женщина, с которой я могу быть откровенной. — Она вздохнула. — Мой отец жестокий человек, я никогда не имела подруг. Даже с единственным человеком, который мог меня выслушать — приходским священником, — он запрещал встречаться. Вот что, Сара, давайте, , — она замялась на секунду, — давайте станем подругами. Что вас так удивило? — добавила она, заметив удивленный взгляд Сары. — Но, ваша светлость, у нас такое .различное положение.

— Ну и что с того? — удивилась Дафна. — У нас только различное происхождение, но это случай особый. Давай перейдем на ты, и зови меня просто по имени.

— Хорошо. Но, честно говоря, у меня никогда не было друзей. Я ни с кем не делила свои радости и печали.

— А Джеймс?

— Джеймс? — Глаза Сары увлажнились. — Нет, пожалуй, он был исключением, но, наверное, я ошиблась. Наши чувства были не такими глубокими, как я думала.

— Ты уверена в этом?

— Да. Он стал белым как бумага, когда я сказала ему о том, что у нас будет ребенок. Он пробормотал что-то невразумительное, вроде того, что ему нужно подумать. — Сара вздохнула. — С тех пор я его не видела.